Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - ICQ 709382677 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Таверна. Флуд Менестрельский » Славный город Альтерра


Славный город Альтерра

Сообщений 61 страница 74 из 74

61

- Я хотя бы людей лечу, а вы вот наоборот, только калечите,
Идиот! Небеса, спасибо Вам за то, что послали такого самоубийцу! Мысленно возликовал Салерна. Этот тип, судя по всему, хозяин дома, просто сам просился в лапу Инквизитору и потом на костер, нарываясь каждой фразой.
И никто тут никого не собирался приносить в жертву. У Гнома спина болит, а этот вот  - указал он на алхимика, - делает хорошие настои из трав. Моей тетке помогают, после них носится по кухне, да еще и в меня табуретками кидается…
- Гном пришел за настойкой, ну я и согласился с ним поделиться, жалко же бедолагу, спина болит у человека…

Черт, то плохо! Хотя, почему?
Только что ты, дорогой, лапал меня за задницу и воспевал на ушко мои прелести и свое желание за любые деньги их поиметь.
Да ну как же ты меня не знаешь, дорогой Франсуа...
- Сколько раз ты сам обращался ко мне за зельями - а я отказывала, так как понятия не имею, о чем ты вообще и чего хотел?! А гном да. Гном не виноват. Я вижу его впервые.

Ах ты, стерва!
Никого из этой троицы Салерна знать не знал и не видел никакого смысла им помогать. А вот Расти, да, если он не приложит все силы, то потом в глаза Лорду Батор смотреть не сможет. Да и перед гномом стыдно. А эти тоже мне... спина у него заболела!
- Вы, четверо...  Встаньте здесь у стены. Я должен вас обыскать, чтоб убедиться, что вы не притащите из этого проклятого места во дворец господа ничего из неугодных богу предметов.
Угрозы отправить под стражей в Инквизицию сейчас как-то даже успокоили. Салерна не знал почему, но Отец Ансельм внушал ему всегда какое-то чувство... нет, не защищенности, какая может быть защищенность рядом с Инквизитором? Нет, но какое-то чувство основательности и незыблемости этот тип внушал.
- Эта девка врет, Ваша Святость! - Тут же ответил Франсуа, оказавшись у стены первым, показывая что он готов выполнять все приказы святого отца. - Мое имя она услышала вот сейчас, когда я представился, а сама вот призналась, что к ней за зельями все ходят, хочет навредить. Уверен, что и Расти они сюда заманили, что бы отравить, а то и еще хуже, попытаться околдовать и заставить подлить что-нибудь нашему господину Лорду Батори. Я готов свидетельствовать, что они заманили сюда Расти. Иначе он ни за что в такой сомнительной компании не оказался бы. Девку, да, лапал. Потому как подумать не мог, что она ведьма, прости Господи, думал что воровка или шлюха, хотел спасти друга из силков! Каюсь, грешен, впал в грех гордыни, возомнил, что смогу справиться сам, а должен был обратиться к стражам, но не захотел отвлекать занятых.
Франсуа смотрел на священника до боли повернув голову, упираясь ладонями в стену.

62

Отец Ансельм усмехался да с удовлетворением следил за тем, как эта честная компания топит друг друга. Вот если б всегда так... сплошное удовольствие для инквизиторских дознавателей и никаких лишних забот. Знай, сиди себе и записывай их болтовню. Тут, глядишь, на целый том можно набрать.
- Хватит, греховодник! - оборвал святой отец откровения секретаря лорда Батори, - Со всеми вами разберутся во дворце святой инквизиции. Там вы расскажете, уверен, всю правду! А сейчас... подними руки, мальчишка, я должен тебя обыскать!
Остальных он точно так же толкнул к стене и приступил к обследованию одежды и тела под ним. На лице святого отца были начертаны священный гнев и брезгливость, когда он расстегивал куртки и рубашки парней и пробирался к ним под одежду, чтобы лучше обследовать тело на предмет сокрытия важных улик.
- Греховодники... сыны дьявола... - мрачно шептал он, обыскав парней спереди и развернув их лицом к стене, принялся обследовать сзади, жестко, до синяков, переминая упругие ягодицы преступников, потому что именно там по его мнению по-крайней мере у двоих из них было сокрыто средоточение зла. Эти крепкие зады наверняка не раз служили дьяволу для его мерзких нужд.
Еще более гневным стало его лицо, когда он принялся ощупывать ведьму, чьи выдающиеся формы были настоящим вызовом любым честным глазам.
- Греховная девка, ты должно быть давно запродала душу дьяволу, раз сумела тогда сбежать. Я выведу тебя на чистую воду и заставлю покаяться во всех грехах! - разорвав платье у нее на груди, отец Ансельм деловито обследовал ее грудь, а затем через юбку ощупал бедра. Ничего существенного он не нашел, кроме небольшой суммы денег у каждого из преступивших закон.
Все найденное и конфискованное он бросил на стол.
- Все это будет изъято у вас святой инквизицией и обращено на благо Христу! - прорычал он и присел на стул против них, не спуская с преступников мрачный взгляд. Долго смотрел, а затем, словно после долгой борьбы с собой,  хлопнул ладонью по столу и сказал:
- Хорошо. На этот раз я готов прислушаться к разуму и голосу милосердного господа нашего и дать вам возможность покаяться, а не отправлять завтра же на костер. Но для этого я потребую от вас некоторых вещей.

Отредактировано Отец Ансельм (Вторник, 14 июня, 2016г. 23:31)

63

Матео правда был напуган, ему не хотелось отправляться на допрос к инквизиторам. Да и за что ему это все? Он простой слуга, попытавшийся найти себе дополнительный заработок. Чтобы помочь тете, деньгами. А что в итоге? Попал в какую-то гадкую переделку из которой пока что выхода не видать.
- Святой отец, я правда ничего не делал, я просто хотел подзаработать. Только этим грешен. Но поймите меня, я ж только тете хотел помочь своей, не все же ей меня кормить, пора бы и мне за дело браться, чай не младенец.
Посмотрел на Отеца Ансельма, честнейшими глазами. За такой взгляд тетка ему обычно все-все прощала. Хотя на этот раз он не врал даже, он и правда просто хотел разжиться золотишком.

64

- Хватит, греховодник! Со всеми вами разберутся во дворце святой инквизиции. Там вы расскажете, уверен, всю правду! А сейчас... подними руки, мальчишка, я должен тебя обыскать!
Франсуа послушно заткнулся и поднял руки, он стоял смиренно опустив глаза долу, до боли закусив губу, пока этот похотливый святоша лапал его. Самым сложным было... не отреагировать на эти прикосновения. Стыдно Франсуа в этот миг не было, было страшно, не смотря ни на что, Салерна боялся до готовых сорваться нервных смешком, которые могли закончиться обмороком, как вон у разумного гнома. Вот только смешки Инквизитор мог не так понять, не объяснишь же ему, что это такая реакция на страх, что так проявляется паника и называется все неприятным и стыдным для парня словом "истерика".
Хоть в чем-то организм помог молодому вампиру, член дернулся и стал наливаться кровью только когда Франсуа развернули к стене и отец Ансельм стал тискать его задницу. Хуже стало, когда Инквизитор занялся девицей. Формы у нее были что надо, работала бы именно шлюхой, зарабатывала бы больше чем всякой ерундой.
- Все это будет изъято у вас святой инквизицией и обращено на благо Христу!
Денег было жалко, но не так жалко, как самого себя, свою шкуру и голову. Пусть их! Пусть забирают и подавятся, только бы отпустили. Кажется, молитвы была услышана, правда, Франсуа не был уверен, кому именно молился.
- Хорошо. На этот раз я готов прислушаться к разуму и голосу милосердного господа нашего и дать вам возможность покаяться, а не отправлять завтра же на костер. Но для этого я потребую от вас некоторых вещей.
Франсуа снова опустил низко голову, благочестиво пряча глаза, потому как решил, что догадался что именно от них потребует святоша. А то с чего бы он так лапал-то их? Ну и пусть, не убудет с него, а Инквизитор, авось, и подобреет. Главное, чтоб не повадился потом в замок Лорда Батори ездить и навещать секретаря упомянутого Лорда.  А то постоянно обслуживать этого "отца" Салерна совершенно не хотел. Хотя и понимал, что если потребует никуда он не денется - подвалы Инквизиции куда как хуже. А в том, что за него заступится Лорд Франсуа не был абсолютно уверен. Гневался же господин все еще на своего слугу. А вдруг решит что Франсуа туда играть ходил?
- Ваша Святость, конечно же, кто же посмеет отказать Вам в любых Ваших... начинаниях. - Тут же ответствовал вампир, продолжая смиренно смотреть в пол.

65

Как же хотелось треснуть этого инквизитора, да так чтобы не повадно было лапать, по крайней мере, нагов. Но Оливер сдержался. Заставил себя стерпеть этот кошмар. Не смотря на то, что на самом, то деле он ничего дурного не сделал. Он даже свою природу подавлял, а это было не просто. 
«Ну что за свинство то? Вот и старался жить мирно, никого не трогая. Прав был Ал, люди никогда не оценят по достоинству доброты и стараний змеелюда жить по их законам, и не скажут спасибо, за то что не разрушил их городок, и не съел их детей»
Печально думалось Оливеру. Из этих дум, помогающих отвлечься от унизительного настоящего, его вырвали слова все того же инквизитора. Который кстати отобрал у нага все его деньги.
«Как занятно то, черт вас всех побери.… И кто из нас гад еще вопрос! В чем же я должен покаяться? Может попросить прощения за то, что вообще на свет родился? Или за то что для вас не понятный такой, а?»
Мысленно фыркнул, наг, но вслух пока ничего не сказал, просто наблюдал, слушал. Все больше убеждаясь в том, что он, мягко говоря, влип.
- Ваша Светлость, каюсь, продавал настойку, да. Но я никому вреда не причинял. Я мирный человек.
А вот это правда, наг никогда ни к кому не проявлял враждебности, даже конфликты старался разрешать мирно, находить "золотую середину", а порой шел на уступки. Да, и в таких ситуациях он находил выгоду для себя, но что тут плохого? Надо же ему как-то жить.
Но тем не менее выжидательно посмотрел на инквизитора ожидая его требований, так давая понять что он готов сотрудничать.

66

Когда слишком болтливого Франсуа заставили, наконец, заткнуться, Аделина на минуту прямо-таки почувствовала любовь к инквизитору!
Ну все, козел красивый, ты договорился. Если выберусь отсюда - тебе лучше тщательнее пробовать свою еду и питье! Хотя чего это я??? Подсуну какой-нибудь дуре в замке Батори любовное зелье, скажу, что на него подействует - пусть потом хвостом побегает за ней. Ему полезно, судя по смазливой физиономии и отсутствию в ней мозгов! Ведьму закладывать. При ведьме же.
Поняла, что губы разъезжаются в нервную, дрожащую улыбку сами собой, уловила, что еще немного - и зальется истерическим смехом, снова с силой сжала руку, опираясь одной о стену, чувствуя, как сломался вдавленный в стену ноготь. Боль принесла облегчение и заставила прийти в себя. Очень вовремя, так как в это время очередь дошла до нее...
- Не представляю, о чем вы говорите, святой отец, и должно быть меня с кем-то путаете!
Пытаясь не слишком морщиться от гадливости, заставила себя не дернуться даже когда тонкая ткань дорогого платья затрещала, немилосердно разорванная на груди. Скрипнула зубами - стыда не испытывала, ее тело было идеально, однако чужие прикосновения были мерзкими, раздражали, заставляли сильнее стискивать зубы!
Хочу к Уго! Когда лапает он - это... приятно.
В который раз поняла, что такое - слуга крови, и развернулась от стены, услышав слова святого отца. Не веря ушам своим.
- Все, что угодно.
Коротко согласилась, снова накидывая плащ, прикрывая обнаженную грудь. За подобное зрелище деньги берут! А у нее отняли, и демонстрировать желания не было!
Все, что угодно. Только выпустите - и только вы меня и видели!

67

Пока инквизитор занимался обыском и личным досмотром, гном понемногу пришел в себя, приподнялся, повернул голову и сделал большие глаза. Он валялся на полу посреди какого-то подвала, а прямо перед ним маячило страшилище в инквизиторской сутане. Значит, это все-таки был не сон... или все-таки сон?
Расти почувствовал себя совсем плохо, сердце ушло в пятки и он снова упал навзничь, крепко приложившись о каменный пол головой. И тут же постарался слиться с этим самым каменным полом, сильно зажмурился, надеясь, что о нем все забудут, или просто не заметят лежащего тут под ногами, непонятно откуда взявшегося, нерослого человечка.

68

Святой отец строго оглядел выстроившихся вдоль стены молодых людей и укоризненно покачал головой. На их лицах не было раскаяния, хотя каждый из них готов был любыми средствами откупиться от преследования святой церкви. Истинно дети дьявола. Привести таких к раскаянию может лишь настоящий святой.
Позади послышался странный звук. Отец Ансельм оглянулся и уставился на лежащего без движения гнома.
- Бедняга, - сочувственно произнес инквизитор и осенил тело святым крестом, - Безвинное существо, попавшееся в руки нечистых... возможно, он уже не придет в себя...
И грозно обернулся к преступникам, сразу заметив, что проклятая чертовка уже закуталась в плащ.
- Рано оделась, - обрадовал ведьму святой отец и принялся развязывать прочную грубую веревку, которой была подвязана его ряса. Было видно, что этой веревкой часто пользуются.
- Все вы отныне будете служить инквизиции, если хотите, чтоб вас не отправили на костер. Будете еженедельно приносить плату за ваше спасение и жертвовать ее на благо святой церкви и во искупление ваших грехов. Помимо этого вы должны поклясться добывать необходимую информацию, которая может заинтересовать святых отцов. А чтобы очистить ваше тело от дьявольской скверны, вы раз в неделю будете приходить в замок инквизиции добровольно за телесным наказанием и чтобы принести слугам господа к завтраку свою кровь...
Вампир на какое-то время замолчал и неторопливо сложил веревку в четверо, превратив ее в устрашающий инструмент для порки.
- Но прежде, чем я всех вас отпущу, ваши грешные тела подвергнутся болезненному очищению. Сейчас все вы разденетесь догола и поочереди будете укладываться на эту скамью.
Он ткнул пальцем в Матео и Франсуа.
- Вы двое, отнесите тело бедняги гнома в сторону, а на середину комнаты поставьте скамью. Затем, один из вас на нее ляжет, а двое других будут его держать...
Предоставив преступникам готовиться к порке, святой отец подошел к бочке с водой и хорошенько намочил свою веревку. Чтоб била крепче...
Обернулся и подбодрил:
- Живее готовьтесь, греховодники. Или стражники вам помогут.

69

«Не придет в себя? Ну да как же. Этот маленький хитрец еще всех переживет»
Шикнул про себя змей, но вслух предпочел ничего не говорить. Да и зачем, все равно его уже окрестили чудовищем.
Слушал инквизитора он спокойно, не выказывая никаких эмоций вообще. Что-что, а держать лицо он умел. Даром что ли природа сделала его змеем, хладнокровным. Хотя даже у него от таких перспектив кровь от ярости начинала закипать.
«Да, только этого мне не хватало, служить убийцам, маскирующим свои убийства волей божьей…»
Все так же мысленно сам себе. При этом осматривая всех присутствующих. Матео был явно не в состоянии, что бы то ни было делать. Парнишка был напуган, и казалось, что он вот-вот потеряет сознание.
- Послушайте, отпустите парня, – кивнул Оливер на Матео, которого в паническом порыве качало из стороны в сторону.
- Вы же видите, что он не в состоянии что бы то ни было делать сейчас...
И зачем он заступался за этого хулигана? А наг и сам не знал зачем. Наверное, все же жаль было и парня и его тетку, которая растила его, стараясь дать тому все. Может, он хотел отблагодарить ее, за помощь в обустройстве этого старого дома… Оливер и сам не знал, почему и зачем.
- Я за него расплачусь.

70

- Бедняга, Безвинное существо, попавшееся в руки нечистых... возможно, он уже не придет в себя...
Как бы ни было Франсуа сейчас страшно за самого себя, он вздрогнул после слов инквизитора и с не меньшим испугом посмотрел на Расти. Но, кажется, святой отец ошибался, на мертвого гном не был похож.
- Все вы отныне будете служить инквизиции, если хотите, чтоб вас не отправили на костер.
Чтооооооооо? И как? Последовал очередной мысленный вопль вампира, и на этот вевысказанный вопрос тут же последовал ответ: Будете еженедельно приносить плату за ваше спасение и жертвовать ее на благо святой церкви и во искупление ваших грехов. Помимо этого вы должны поклясться добывать необходимую информацию, которая может заинтересовать святых отцов. А чтобы очистить ваше тело от дьявольской скверны, вы раз в неделю будете приходить в замок инквизиции добровольно за телесным наказанием и чтобы принести слугам господа к завтраку свою кровь...
Салерна пришел в ужас от перспектив. И теперь он даже и не знал что из перечисленных епитимий было худшей. Нет, доносить он был готов, ну, а почему нет? Что они все сделали лично ему, Франсуа, хорошего? Ничего, так почему он должен беспокоиться о них? С этим было все понятно, но вот остальное... Пожалуй, крови-то тоже было не так жалко, это дело, как говорится, наживное, он молодой сильный, в Замке Лорда он не голодал и восполнить потерю было не сложно, а вот еженедельные порки и поборы это было уже через чур. Тем более, что он не сможет выбираться еженедельно. Как бы ни было велико желание скрыть произошедшее от Батори, видимо, придется идти к нему. Франсуа с тоской понимал, что Лорд может и не захотеть защищать своего секретаря перед Инквизиторами, чтоб не ссориться с этой могущественной организацией из-за какой-то мелкой букашки, и предпочтет опускать своего секретаря на эти еженедельные экзекуции. Против воли на глазах закипали слезы, Франсуа закусил губу, сгоняя непрошеную влагу.
- Но прежде, чем я всех вас отпущу, ваши грешные тела подвергнутся болезненному очищению. Сейчас все вы разденетесь догола и поочереди будете укладываться на эту скамью.
Вампир слушал священника уже как-то отстранено, глухая тоска накрыла юношу с головой, казалось нет выходя из этой липкой паутины и дальше будет только хуже. И, действительно, с каждой новой фразой отца Ансельма становилось хуже  хуже.
- Вы двое, отнесите тело бедняги гнома в сторону, а на середину комнаты поставьте скамью. Затем, один из вас на нее ляжет, а двое других будут его держать...
- Да, Ваше Святейшество... - Бездумно ответил Салерна, он даже не смотрел на того, кого назначили в напарники по переноски Расти. Гном, определенно, был жив. Кажется, даже, в сознании, просто притворялся что потерял его. Выдавать Терро вампир не стал, просто оттащил куда-то вместе со смертным парнем и вернулся обратно. Пусть тащат, пусть там решают кого и куда, а он просто будет стоять, плевать там на угрозы уже. Будет ли еще хуже? Все равно - будет, так или иначе. Франсуа машинально разделся и теперь просто стоял и смотрел на священника, не принимая более участия в происходящем. Ансельм что-то там творил с веревкой, но что и зачем в этот миг Салерну нисколько не трогало. Он просто надеялся, что все кончится и он вернется в замок. Там есть Лорд Батори. Он защитит! Теперь Салерна надеялся только на это.

Отредактировано Франсуа Салерна (Среда, 15 июня, 2016г. 15:38)

71

На гнома глянула автоматически, однако во всегда не обещающем ничего хорошего взгляде прекрасных синих глаз тож промелькнуло сочувствие. Вот кто правда был не при делах! И если этому Франсуа мстительная ведьмочка уже нажелала море радостей, как минимум половина из которых должна была исполниться, то против того, чтобы маленький человечек выбрался из переделки целым, ничего не имела. Правда.
- Рано?
Напряглась, мысленно застонав. Только вот инквизиция ее еще не трахала!
Уго меня убьет. Сначала лишит крови, потом выпорет до кровавых мозолей, потом прикажет еще раз выпороть - Родриго. И тот меня выпорет еще сильнее, потому что, кажется, неровно дышит!!! Поэтому и лупит чаще и больнее! Скоты. Как же я к ним хочу!!!
Появление веревки заставило дрогнуть, съежиться, запсиховать так, как не психовала до сих пор. Слишком свежи были воспоминания о том, как этот же святоша выловил ее там, у ворот... и едва не отволок сразу на костер. Поэтому начало его речи она пропустила, спохватившись примерно на середине, начиная слушать так, как не слушала никого до сих пор. И уже с первых же фраз испытала несказанное облегчение!
Он меня отпустит!!! Служить??? Он действительно настолько туп, что поверит хотя бы единой клятве моей??? Отлично! Великолепно! Дайте мне только добраться до особняка Хозяина - а дальше мне будет откровенно плевать на все, что вы думаете и делаете! И я буду в полной безопасности! И уж точно и в голову не придет являться за наказанием или с доносом!
- Конечно, ваша милость, я клянусь!
Скинув снова плащ, прижала искренним и неподкупным жестом полного раскаяния обе руки к обнаженной груди.
- И в знак этого я хочу первая подвергнуться наказанию и лечь на скамью! Не надо меня держать - я буду терпеть столько, сколько нужно!
Порка... Черт, как же мне повезло и как же дешево я отделаюсь! Не считая того, что придется снова неделю проваляться в постели, пока Хозяин не даст своей крови. Ишь, как умело он смочил веревку. И как же будет больно сейчас. Ничего. Полчаса пытки - и домой!
Так как половина дорогого платья уже была разодрана, оставалось только стянуть юбку, выпрямиться, небрежно перешагнуть платье и не глядя ни на кого направиться к лавке, пытаясь сдержать нетерпение!
Быстрее! Мне надо уходить отсюда первой - и еще быстрее! Главное - орать погромче, чтобы удовлетворить этого мерзкого святошу до конца. И бежать!

72

Никогда еще чья-либо попытка звщитить кого-то от справедливоговозмздия не вызывала у отца Ансельма такого гнева, как сейчас. Подумать только, и кому пришло в голову защищать! Висельнику! Главному кандидату на священный костер! Который только что сам признался, что готовил свои снадобья на продажу, не имея образования и разрешения гильдии лекарей. Раньше таких "лекарей" отец Ансельм отправлял на костер сотнями, но только в последние годы церкви стали открыто потиводействовать в этом, и настоящей проблемой оказался Триумвират.
- Нет, греховодник! - пылая священным гневом рыкнул инквизитор на заступившегося, - он получит свою долю наказания и еще двадцать ударов за твою попытку его защитить!
Инквизитор был в ярости и этого не скрывал, а попытка ведьмы "отвести " святому отцу глаза вызвала еще большее негодование, потому что в благие намерения этой чертовки он не верил, тем более, когда она так быстро принялась обнажаться, вероятно, чтобы смутить святого отца и ввести его в грех. Он уже был готов отказаться от своих слов и велеть стражникам отвести дьяволоизбранницу во дворец справедливости и бросить в подвал, но решил, что с этим он еще разберется. Потом.
- Ложись, чертовка! - рявкнул он на преступницу и когда та легла, намочив руку в бочке с водой, огладил мокрой ладонью голую спину и грешные полупопия ведьмы.
- Чтоб веревка плотнее ложилась! - пояснил он и, размахнувшись, нанес первый удар. Действовал святой отец уверенно и профессионально. Он не собирался зря поливать кровь этих беспутников, которая может впоследствии утолить голод святым отцам, но жесткая веревка в его умелых руках причиняла такую боль, что могла легко поспорить с самыми страшными орудиями пыток.
- Кайся, кайся, чертовка! - твердил он, продолжая осыпать ударами соблазнительные половинки. Через некоторое время вновь смачивал их, веревку и продолжал вновь. А потом когда удары стали невыносимы, приказал парням все же ее держать. К концу порки ведьма едва ли могла самостоятельно подняться с лавки. Он поднял ее за волосы и толкнул на колени к стене.
- Молись, чертовка, если знаешь хоть одну святую молитву! - прорычал он и перенес все свое внимание на секретаря этого безбожника-лорда.
- Ложись, беспутник! И не строй из себя невинного агнца. Твоя репутация в городе хорошо известна. Картежник, расплачивающийся за проигрыши своим телом, как обычная шлюха!
Святой отец рукавом отер со лба праведный пот. Его плоть подвергалась огромному соблазну сейчас и под длинной рясой стояла колом.
- А вы, прихвостни дьявола! Держите мальчишку! - рыкнул он на Оливера и Матео, снова намочил веревку и готовился приступить к делу.

73

Хотел как лучше, получилось как всегда. Впрочем, это уже не удивляло. Все по закону «А я не верю тебе дьявольское отродье». Ничего нового. Но вот то что Матео из-за его попытки достанется больше, не радовало, наоборот, злило. Но змей предпочел все свои мысли оставить при себе, чтобы не сделать еще хуже. Лишь виновато посмотрел на паренька, мол:
«Ты уж извини меня, я не хотел!»
А дальше, дальше наг стеклянным взглядом наблюдал за происходящим. Сам он не боялся этой порки, он то восстановится очень быстро. Природная регенерация уже через сутки залечит все раны, не останется и следа. А вот Матео нет, он после такого «подарка» неделю будет валяться, не меньше.
А вот на прочих гостей, которых он и знать то не знал, Оливеру было плевать. Как и им на него. Каждый сейчас опасался за свою шкуру.
Хотя нет, не плевать, такое обращение с женщиной, даже пусть она будет хоть сто раз ведьма, змей не одобрял. Но все же промолчал.
«Молчи, а то будет только хуже»
Сказал он сам себе, и уставился куда-то на стену, принялся изучать кирпичную кладку. Когда же было сказано держать мальчишку, без раздумий выполнил то, что велено. К чему злить «пчелу»?

Отредактировано Оливер (Воскресенье, 19 июня, 2016г. 00:57)

74

Холодная мокрая рука святоши погладила зачем-то по заду и спине, и Аделина мысленно хмыкнула – она всегда была невысокого мнения о чудищах в рясах! Он что-то там сказал в свое оправдание, не стала высказывать собственное мнение. Главным сейчас было выдержать, не сдохнуть до конца порки, не сойти с ума от боли (мысленно поблагодарила Родриго, который обожал это дело!), и не забывать орать…. За последним дело не стало. Потому, что уже после пятого удара закричала, не выдержав, попыталась вскочить, а после двадцатого только стонала и извивалась, на крики и вопли сил не осталось совершенно. Кажется, на минуту все же потеряла сознание. Потому, что снова очнулась от дикой боли в стиснутых волосах, пушинкой влетела в стену, не удержалась, сползла по ней, опираясь ладонью, с трудом переводя дыхание, сглатывая, пытаясь снова не рухнуть. О молитвах и покаяниях, даже если б она хотя бы одну знала или собиралась читать, не могло быть и речи – кажется, она снова сорвала голос!
Садист, зверь, животное чертово! Ничего. Еще немного – и отпустит. Главное, чтобы к тому времени я смогла идти.
Спину и зад не чувствовала вообще, все тело было одним большим комом боли. Прошло еще пару минут, когда смогла, наконец, переменить положение, осторожно привалиться плечом к стене, ткнуться в нее лбом, прикрыть глаза. Кажется, после нее пришла очередь наглого Франсуа, однако злорадства особо не ощутила. Он не причинил ей еще СТОЛЬКО вреда, чтобы желать такого!
Гномику не достанется. Ну хотя бы что-то! Жаль, с зельем не успела помочь. Но черта с два я больше выйду вообще за порог замка Уго!!!
Холод подвальных стен заставил слегка прийти в себя. Медленно, даже не пытаясь рваться куда-то, отодрала себя от стены. Так же медленно уперлась в нее обеими дрожащими руками, почти ползком поднимаясь по ней. Глянула на плащ, валявшийся на полу, на платье. Отвернулась от платья – порвано, да и любое прикосновение к исполосованной коже было мучительным! Плащ потянула, накрывая пока ноги – выйти голой на улицу, так снова обвинят черт знает в чем! Если дойдет вообще.
Деньги отобрал. Избил так, что шагу не могу ступить. А мне еще натянуть плащ. И попытаться дойти по стенам до Хозяина. Рухнуть в койку. Объяснить Родриго, почему и какого хрена и выгляжу так??? Уговорить его перенести наказание на завтра! Это будет не трудно – он не желает моей смерти. И дожить до возвращения Уго с его кровью…
С третьего раза удалось выпрямиться, с пятого – накинуть плащ на голову. Дальше снова пришлось отдохнуть и посмотреть на дверь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Таверна. Флуд Менестрельский » Славный город Альтерра