Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - 416125092 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Хищники


Хищники

Сообщений 21 страница 40 из 42

21

Вот, казалось бы, сейчас хуже всего должно было быть ему, Уолту. Все же рана серебром это вам не суслик начихал, но... Хейз чувствовал лишь традиционное для таких ран недомогание. В отличие от остальных.
- Он, кажется, чем-то отравил наших людей!
Волк в первый момент подумал, что может быть и так - он-то, в отличие от этих выпил-то всего один глоток из шеи Данкура. Ну, по совокупности мелких. Но посмотрев на недоуменное выражение лица смертного понял, что он-то тут не при чем. Данкур был певцом, а актер из него был хреновый. Да и травить не в натуре этого человека. В этом Хейз хорошо понимал. Тот, кто рвется на мотоцикле с гранатами и автоматами, рискуя сдохнуть самому, но отомстить, не станет травить. Это, скорее, удел женщины. Придя к этой мысли вервольф посмотрел на девушку. Так, кажется, была без сознания. Сородичи, кажется, тоже уже были близки к этому состоянию, но даже такие они могли разорвать девку, если сказать им о своих подозрениях.
- Он-то откуда? Вон, сами же говорили, копы дрянью поливали всех. Мало ли что еще они смогли напридумывать? - Буркнул Хейз и попытался понять самому-то как? Не стало хуже? И, вообще, надо что-то делать, пока все не загнулись!
- Эй! Вы там!!! - Рявкунул Уолт во всю свою глотку и сопроводил это таким воем, что у существ не самой крепкой нервной системой волосы могли стать дыбом. Оборачиваться для этого было не обязательно, только чуть-чуть изменить горло. Эффект получился впечатляющим, потому как... Хейзу показалось, что его уже тошнит и стало страшно, потому как самый младший уже без сознания и бледно-зеленого цвета валялся на полу, а другой пока еще был в сознании, но как-то странно хрипел. Вой впечатление произвел, к ним неслись копы, правда, пока что не спасать, а с другими, более агрессивными намерениями. Но уж лучше они, это как-то привычно, а то... да чего уж там, Уолтеру было страшно.

22

Журналист был рад как никогда. Сколько раз он пытался раньше попасть с камерой за фасады хотя бы полицейского участка! А тут такая удача! Лин был готов расцеловать всех, благодаря кому получил эту возможность. Начиная с певца, чей концерт все это спровоцировал, заканчивая всей СБ.
Кадры множились, Лин уже сменил четвертую карту памяти. Он их складывал вместе, хотя и была мысль хотя бы одни отложить отдельно. Опытный журналист умел снимать, выискивая нужные кадры. И еще он давно жил на Сантарии и знал, что не просто так ему дозволили все снимать. Ему не дадут забрать все это... сразу. Несомненно, что-то из кадров ему позволят использовать. Вот только ему хотелось самому отбирать нужные кадры. Но... Инстинкт самосохранения подсказывал, что в данной ситуации подобные игры могут закончиться даже не карцером. Поэтому он отогнал соблазн и складывал все карты одна к другой. К кадрам уличных беспорядков добавлялись кадры пребывания заключенных в камерах. Лин ухитрялся подмечать разные детали. Те, которые сложно поймать при просмотре пленок видеонаблюдения. У Оллиджера был талант ловить такие вот моменты. Он не сомневался, что именно за это ему и позволили сегодня "болтаться здесь". Более того, когда один из копов попытался было по старой памяти прижать молодого оборотня для "помоги мне расслабиться", копа оторвали от его жертвы с недвусмысленными обещаниями, что это сейчас он сам пойдет помогать расслабляться остальным. Лин поторопился убраться подальше оттуда, что бы коп не заметил, что "журналюшка" стал свидетелем этой сцены. Сцена, кстати, была запечатлена. Не для себя все же он делал сейчас этот репортаж. Вот какая-то суета, в камеру сначала забегают копы. Кто-то на полу, кто-то хрипит. Вот бежит в халате патологоанатом. Видимо, других врачей здесь сейчас нет. Вот кого-то куда-то тащат.
- Ну, промочи горло. - Лин  с удивлением повернулся и на автомате схватил протянутую ему запотевшую бутылку пива и так же на автомате поблагодарил бывшего СБшника, запакованного в бронежилет.
Оставалась последняя пятая карта памяти и теперь надо было решить что дальше? Попытаться найти еще? Так где? У кого? Или внаглую попросить доступ к чьему-нибудь компьютеру? Желательно кого-то из начальства, и перекинуть отснятое туда, что бы освободить?
С каждым новым кадром вопрос становился все более актуальным, но решился он неожиданным образом.
- Господин Роден. Сюда пожалуйста.

23

- Эй, а ты что? Тоже решил к нам? - На плечо Эльда опустилась тяжелая рука. Это был бывший сослуживец, один из тех, кто теперь служил в спец-отряде полиции.
- Ты рехнулся? Служить под командованием бати? - Крик шел из самой души и встречен был оглушающим гоготом со всех сторон. Ржали даже задержанные. Хеллторм младший нахмурился и поджал губы. Буквально четверть часа назад ему позвонили.
- Ты в городе и направляешься в полицию. - Это даже не было вопросом, хотя, кажется, должно было им быть. На том конце просто констатировали очевидное. А куда в нынешней ситуации мог последовать сын главы полиции, зачем-то вышедший в город да еще и в такой экипировке? Эльд не сомневался, что вопросы ему на эту тему еще будут заданы, но потом. Вопросом оборотень не боялся, ответы у него были. Сейчас же от него требовалось другое.
- Да, господин Дьюэйн.
- Отлично. Скоро туда прибудет господин Роден, а до того времени ты станешь представителем СБ там. - Оставалось только ответить "Слушаюсь". И ускориться. Теперь вы мне отгул должны! Мысленно буркнул волк и толкнул двери тюремного крыла, предъявляя документы офицера СБ.
- Нет, я здесь... - Эльд замолчал. Впервые он выполнял такого рода приказы.
- Да не тушуйся ты. - Рассмеялся более опытный офицер. - Уже звонили и пообещали нам координатора от СБ. И мы рады что этим офицером стал ты. Пойдем.
Эльд направился по коридору, но тут его внимание привлекла какая-то паника.
- Что за чертовщина тут происходит? Кто поместил смертных с оборотнями? - Эльд даже не успел понять как перешел на командный тон.  В первый момент он решил, что это все смертные, но потом ситуация запуталась, оказалось, что там на полу корчатся оборотни, а вот смертная там... нет, не мертвая, но едва живая. Теперь уже его оттер в сторону какой-то мужик в белом халате и Эльд решил, что теперь и без него найдется кому искать виноватых, а сам, буркнув что-то пошел дальше по коридору, проклиная Дюка с его поручениями.

24

Судя по тому, что творилось в участке, куда привезли задержанных, в городе был настоящий ад.
Гастон подумал об этом не без сожаления. Обидно – столько веселья, и мимо. Но не стал нервировать стражей порядка и прошел в кабинет, в котором толклись полдюжины таких же как он – приличных, законопослушных, случайно попавших в эту заварушку.
Пара вампиров-молодоженов немного с трудом соображали, где они и что с ними, и рубашка на Гастоне была слегка помята жадными ручками новобрачной, в остальном же все благопристойно – полицейский фургон не самое удачное место для углубленного знакомства. Но самые доступные плоды с этих деревьев Анже сумел сорвать – как выразился бы один его старинный друг.
Ими занимался усталый и явно ненавидящий свою работу оборотень.
- Документы, пожалуйста, - вежливо потребовал он. – Назовитесь.
Вежливость не то, что давалась ему с трудом, но чувствовалось, что он бы с радостью засунул ее задержанным в глотки. Или иные места.
Анже выложил на стол все требуемое.
- Гастон де Сен-Маль, маркиз д’Анже, гость Цитадели.
- Прямо настоящий маркиз? – хмыкнул кто-то от двери.
- Сейчас это titre de courtoisie, - любезно пояснил Анже.
- Гость Цитадели, - повторил оборотень, явно умеющий слышать главное, и сделал какую-то пометку в журнале. – Пока за вами не придут, господин Сен-Маль, вы считаетесь временно задержанным, для вашей же безопасности. Если вам нужна помощь врача…
Оборотень с сомнением посмотрел на рубашку Гастона – на пятно крови.
- Нет, благодарю.
Анже поднялся, уступив место следующей – рыдающей девице.
Оборотень. Камышовая кошка. И глаза совершенно кошачьи, раскосые и зеленые.
Как понял Гастон, девица потеряла документы, или не имела их вовсе.
Дама в беде.
Оборотень усмехнулся, отходя к окну, забранному частой решеткой за пуленепробиваемым стеклом.
Он давно не спешил на помощь дамам в беде.
Кошку без документов куда-то повели, ее место занял следующий задержанный, откуда-то доносились крики, за дверью чувствовалась деловитая суета, тяжелые шаги.
Вервольф принялся рассеяно созерцать распечатки на большой доске. С бумаги смотрели лица тех, кто чем-то не угодил полиции Сантарии. думал он при этом совсем о другом – о том, какого же, собственно, дьявола, его Сир отправил его сюда… Не для того же, в самом деле, чтобы Сен-Маль гулял по городу, пил вино и развлекался с рабами в Цитадели. Вопрос этот он задавал себе очень часто, но ответа, увы, так и не нашел.

25

В спасительной темноте небытия Эйлинед не так уж долго удалось прятаться от реальности. Она открыла глаза – а через секунду в сознание хлынуло все, что с ней случилось , и боль – чисто физическая, и другая, странная, которая поселилась где-то глубже, у сердца, вместе с чувством какой-то пустоты… Но думать и рассуждать не было ни сил, ни желания, все, чего хотелось – закрыть глаза, и не открывать, пока этот кошмар не закончится.
Девушка поискала глазами Эммануэля Данкура. Нашла, вяло порадовалась, что он жив. Перевела взгляд на оборотней, которые корчились на полу, так же вяло удивилась. Все было… как будто ненастоящее. Не было сил бояться или еще как-то реагировать на происходящее.

Даже то, что в камере появились люди, и человек в белом халате принялся осматривать лежащих на полу оборотней, никак ее не заинтересовало.
Клонило в сон… Невыносимо клонило в сон, хотя Эйлинед знала, как это опасно, засыпать при кровопотере, с необработанными ранами, и честно боролась с собой. Минуту или две.
Затем голоса – испуганные, злые, вопрошающие – стали доноситься до нее, как сквозь толстый слой ваты, а потом и вовсе слились в один гул. Элли закрыла глаза, вздохнула, успев запоздало пожалеть о том, что платье безнадежно испорчено кровью. А потом не осталось даже сожалений.

26

Кайт плохо спал уже вторую неделю, а когда он плохо спал, то это значит, что он чего-то ждет. Может быть приближения грозы. Пока она не пройдет, эта гроза, все вокруг чувствовали напряжение и головную боль. Кайт не любил это напряжение, когда надо застыть и ждать в засаде, хоть и делал это великолепно. Иначе никто бы не догадался, что он играет роль. Он любил, когда надо скомандовать "на абордаж", и броситься, выхватив саблю, на врага. Как раньше. И знать, что после этого боя, ни одной вражеской души не останется больше в живых. Однако до этого еще надо дожить и поэтому все на Сантарии будут существовать, как в аду.
Информация, которую он получил не далее, как сегодня, ставила в известность, что шпионы, которые были присланы на Сантарию, начали действовать. А по сегодняшним событиям видно было, что действовать успешней, чем бы хотелось.
Криво усмехнувшись и нюхом ощущая, что готовится новая бойня, Кайт вышел из машины и вошел в главное управление полиции, куда свозили основных виновных в мятеже и скрылся в кабинете Хеллстрома. В последнее время, он собрал под себя всех волков и они, как истинные санитары леса, мало по малу, расчищали эти "авгиевы конюшни", не стесняясь и притесняя даже своих собратьев, которым не сиделось в этих своих конюшнях. Только делали это так осторожно, что если кто и заметил исчезновение нескольких оборотней, то относил это на их крайнюю несдержанность, а ряды вампиров среди них и так порядели за то время, что среди них не было Дамиана.
- Гастон де Сен-Маль, маркиз д’Анже, это ваш?
- Это наш... Его я заберу с собой, - усмехнулся Кайт, представив себе этого столичного щеголя в их, хоть и навороченном, но все же полицейском участке и забрал его документы себе.
- Что это там стоит такой дикий ор? - полистав документы, прислушался Роден и поморщился. Ор продолжался и походу к нему присоединились еще и другие голоса. Роден не выдержал и вышел за дверь. Около одной камеры стояла масса народу. Он растолкал всех и вошел. Ор сразу утих.
На полу камеры лежали мисс Бошан, около которой суетился доктор, певец Трансильвании Данкур, связанный, из-за которого три или четыре года назад вся Сантария искала убийцу, и двое молодых волков. И Роден нюхом чуял, что здесь уже никакой доктор не поможет. Кроме того, в камере находились еще два Ночных волка. Одного он знал.
- Уолтер... Какого черта тут произошло? - тихим, вкрадчивым, но внушающим страх, голосом задал вопрос Роден. Он бросил взгляд на серебряный нож, выдернул из толпы Оллиджера, увидев, что тот с камерой, заставил его снимать.

27

При появлении Родена Лин даже как-то обрадовался, а то снова начали появляться мысли - а, может, все же оставить себе одну карту? Но с появлением Главного Волка Всея Сантария подобные мысли испарились как и не было их. Потом Кайт ушел в сторону кабинетов, а сам Лин не мог пропустить начавшуюся в одной из камер бучу. Когда к нему потянулась рука прибежавшего на шум Родена, Линдсей было струхнул и даже хотел спрятать камеру, боясь, что ее у него отбирать уже вознамерились и приготовился объяснять, что ему приказали снимать, но, оказалось, что у Родена был тот же приказ и Оллиджер продолжил свое дело.
Снимать он любил и умел, а то, что сейчас он делает это по личному приказу Кайта грел сердце.
Главное, что бы не закончилось место на карте!

Отредактировано Линдсей (Воскресенье, 17 июня, 2018г. 20:50)

28

- Что за чертовщина тут происходит? Кто поместил смертных с оборотнями?
Уолтер поднял голос на говорившего и с трудом сдержал рык. Этот вопрос его интересовал самого, но... Злиться-то надо было и на себя.  Суета стихла как по мановению волшебной палочки, словно кто-то сначала нажал на паузу, а потом пустил снова проигрывание на самой медленной скорости. Бардак был остановлен появлением  Родена. Уолтер стиснул зубы, а потом пожалел, что не может быстро рухнуть на пол рядом с братьями, ну или поменяться с ними местами, на крайний случай.
- Уолтер... Какого черта тут произошло? - Уолт тоскливо оглядел "произошедшее" и сделал шаг на встречу Кайту. Медлить с ответами Альфе не стоило.
- Ну, мы думали, что смертных можно... можно... воспользоваться их кровью что бы пополнить силы. - Хейз вздохнул и продолжил. - Но, Данкур не захотел что бы мы пили их кровь и воспользовался ножом. Ну, а я разозлился, выбил нож к черту. Ну, и что? Мог я после этого спустить ему это? Не мог! А ребята предпочли сначала девку эту. А потом... им поплохело нахуй.
Робость слетела, Уолт уже вошел в раж.
- Франк заявил, что это певец нас траванул. - Может рассказ Хейза и не был бы таким честным, но проходимец недоволчонок снимал тут все, да, небось и камеры понатыканы, так что можно было разве что детали скрыть. Например, не сказать, что нож был серебряный. - Но это дурачина хватил. Не было у смертного такой возможности. Да и траванул бы, так и я бы тут рядом валялся, как дохлый шакал. А я ничего такого не чувствую!
Что-то подсказывало Уолтеру, что небольшую тошноту лучше замолчать, а еще не топить Данкура. Впрочем, не топить его это был не внутренний голос, а вполне себе осознанное собственное желание.

29

Выяснилось, что отошел от проблемной камеры он зря. Услышав голос шефа, Хеллсторм побежал обратно. Кайт мазнул взглядом по своему запыхавшемуся подчиненному. Но или не заметил, что было маловероятно, но Эльд не успел даже слово сказать, а Роден уже стал требовать отчета у... заключенного.
Кажется, произошедшее здесь было больше чем простое нарушение в размещении задержанных. Эльд закусил губу от досады на себя. Ведь это все должен был сделать он. Его затем сюда и отправили, а не затем что бы он совал носом полицейских в мелкие правонарушения. Ну посадили кого-то не туда! Но... действительно, с чего сородичи-то по полу разлеглись? Не смертные же, и правда, отравили. Бред. Хеллсторм стоял и ждал пока этот байкер закончит рассказывать Альфе о произошедшем.
В какой-то миг Эльду показалось, что "ночной волк" что-то крутит. Вроде и все правильно говорит, по делу, но нет-нет, да проскакивает какая-то... не то что бы фальшь, но что-то странное. Может, это вообще все дело рук этого Уолтера? Но влезать офицер не стал. Кайт куда опытнее его и сам знает что делать. тем более, что этого Хейза он знает куда лучше, сам-то Эльд знал лишь имя волка, и что там была какая-то история со сменой власти в этой идиотской банде и этот волк там отличился.
Со всеми этими мыслями СБшник так и стоял рядом с Кайтом, молча и не вмешиваясь, ожидая может все же начальству от него что-нибудь понадобится.

30

- Всего доброго, господин де Сен-Маль, - сдержанно попрощались с Анже, когда ожидание подошло к концу, и в участок пришел Кайт Роден собственной персоной.
Дабы отделить козлищ от агнцев и своих от чужих.
- Всего доброго, - любезно ответил Гастон.
Сбыть с рук гостя Цитадели были рады, хоть одним – да меньше. Задержанных все еще подвозили, правда, поток заметно редел. Похоже, мятеж исчерпал себя, выдохся… Такое тоже бывает, когда волнения вспыхивают спонтанно, от одной искры… А искрой могло стать что угодно. Или кто угодно.
В любом случае, Гастон уже мечтал о горячем душе, чашке крепкого кофе и бокале арманьяка. Кровь мертвого оборотня на рубашке, потерявшая первоначальную яркость и свежесть, уже раздражала. Но в целом, настроение у блондина было самое добродушное. И с этим добродушным настроением он пошел за Кайтом Роденом, и остановился на пороге камеры, где чувствовалась какая-то недобрая суета.

Добродушное настроение несколько померкло, лоб Анже прорезала едва заметная складка.
Конечно, в первую очередь он посмотрел на девушку, тем более, тут было на что посмотреть. Стройные ноги, задравшийся подол платья, красивое лицо и кровь на шее и груди. Похоже, ей не повезло оказаться в одной камере с волками.
Но двум молодым вервольфам не повезло еще больше, хотя было совершенно непонятно, кто их так…
Не эта же смертная малышка, вполне аппетитная, но определенно не способная противопоставить голодным оборотням что-то серьезнее слез.
- Да унесите вы девушку, - недовольно обратился он к охране. – Ей нужен врач. А скоро будет нужен священник, если вы не поторопитесь.
Все же эта дама действительно была в беде.
Все же некоторые привычки поздно менять.
Чуть запоздало Анже вспомнил, что здесь и без него есть, кому распоряжаться.
- Месье Роден... с вашего, разумеется, позволения, - учтиво улыбнулся он, очень напоминая сейчас себя прежнего, того, кто отражался в позолоте дворцовых зеркал.
Внутренние дрязги здешних волков его не касались, да, по сути и судьба девушки его не касалась, хотя он не разделял мнения, будто смертные лишь прах и пыль под ногами вампиров и оборотней. Это еще и кровь, и плоть, и короткое цветение юности. Едва заметно пожав плечами, Гастон сделал шаг за пределы камеры, показывая, что готов довольствоваться ролью наблюдателя.

31

Выслушав Хейза, Кайт пробормотал ругательства, подошел и наклонился над девушкой.
- Кажется, вы потрудились над ней лучше, чем над Данкуром... - чтобы задеть волков, сказал Кайт. Приложил руку к ее пульсу. Крови она потеряла много, но недостаточно, чтобы сыграть в ящик. Кайт это чувствовал, но недостаточно, чтобы разобраться во всем.
- Врач ей не нужен. Во всяком случае, пока... Данкуру... - он посмотрел на смертного и скривился, - Данкуру тоже. А вот этим двоим нужен патологоанатом. И он здесь, если не ошибаюсь, присутствует. - он показал врачу на трупы двух волков, - Распорядитесь, чтобы тут никто ничего не трогал и чтобы эти двое были отправлены в Цитадель.
Кайт знал, что Эльд находится где-то рядом и потому сказал
- У девушки была карточка, что она работает в Цитадели. И у нее была сумка. Если она потеряла ее в этой суматохе, это одно. И совсем другое, если отобрал кто-то из этих... - нахмурившись, он ткнул пальцем на Уолтера и второго волка.
- Поэтому, Эльд, ты забираешь всех троих в Цитадель, и запираешь так, чтобы они были где-то поблизости. А девушку пусть отправляют в нашу больницу. Только очень осторожно. Пусть Юрген займется ею.
Маленький Хеллстром был еще более оперативен чем его отец, с его полицейскими эскадронами. Роден, кряхтя, поднялся и пропустил носилки. Девушку подняли и быстро увезли в цитадель. Тут же в куртке Эльда, завернутый в пакет, исчез и серебряный нож. Всех любопытствующих вытолкали из камеры, туда прошли охрана из цитадели и забрала двоих волков и певца.
- Пойдем, Гастон, я отвезу тебя в цитадель. Сегодня прогулки уже не будет, а мне пришло сегодня сообщение и я должен тебя обрадовать, потому что это касается и тебя.

32

Бывают внезапные предчувствия, появляются неоткуда и колют серебряной иглой прямо в сердце. Случилось подобное и с Анже, наблюдающим за тем, как уносят девушку, выносят трупы, и выводят пленников.
Ничего не скажешь, Кайт Роден умел быстро навести порядок.
Гастон, подошедший к шефу СБ хотел было отшутиться насчет прогулки – бывшего маркиза, пожалуй, только могила и исправит – но промолчал.
Пришло сообщение.
Обрадовать.
Дело касается тебя.
Анже тряхнул головой. По шее, под длинными волосами, пошел неприятный холодок, губы дернулись в попытке улыбнуться.
Не придумывай, Сен-Маль. Воображение разыгралось – это понятно и даже простительно, в последнее время судьба не баловала заварушками, в которые можно сунуть свой волчий нос. Это лечится – горячим душем, хорошим массажем и далее по желанию.
- Я слушаю, месье Роден, - спокойно кивнул он, задавив в груди мысль о том, чего быть не может. – Да, и благодарю вас за то, что взяли на себя труд вытащить меня из этого милого места. Хотя не буду отрицать, последние часы были очень… познавательными.
За пределами стен участка пахло морем, пусть даже к этому запаху примешивался целый букет других – дыма, бензина, страха и крови. Но они скоро исчезнут, а море останется.

33

- Да унесите вы девушку, Ей нужен врач. А скоро будет нужен священник, если вы не поторопитесь.
Эльд вскинулся на говорившего. Кажется, он видел его в Цитадели, но не запомнил. Возможно кто-то из недавно прибывших гостей. Их теперь, новоприбывших, было не так много, но Хеллторм был в последние дни рассеян и теперь недоуменно смотрел на незнакомого сородича, который тут раскомандовался!  Впрочем, привычка командовать везде у большинства гостей была в крови что уж там. Хотя, этот конкретный уже тоже спохватился.
У девушки была карточка, что она работает в Цитадели. И у нее была сумка. Если она потеряла ее в этой суматохе, это одно. И совсем другое, если отобрал кто-то из этих...
- Поэтому, Эльд, ты забираешь всех троих в Цитадель, и запираешь так, чтобы они были где-то поблизости. А девушку пусть отправляют в нашу больницу. Только очень осторожно. Пусть Юрген займется ею.

- Слушаюсь, господин Роден. - Эльд мрачно посмотрел на то, как унесли упакованные в черные мешки для трупов тела погибших от черти чего сородичей. Теперь ему очень хотелось лично разобраться от чего именно, но что-то подсказывало, что его роль сведется к доставке полудохлой девки к вивисектору  Ландсбергу и этих вот... певца с фанатами.
Поэтому Хеллсторм с особым наслаждением затянул на всех троих наручники, а что бы волчарам жизнь медом не казалась не отказался от предложенных наручников в серебром. Данкуру же он просто стянул руки так чтобы шевельнуться было нестерпимо.
Задержанных погрузили в прибывшую машину отдельно от носилок с блондинкой. Эльд подумав решил сесть туда же. Тем более, что машины прибыли одновременно и не пришлось чего-то ждать. Передав коллегам приказ Шефа, оборотень направился в крыло к Ландсбергу, решив не выпускать из виду носилки, которые пыхтя тащили два раба.
И чего пыхтят-то? Словно борца сумо тащат, а не немощную девицу. Раздраженно подумал Эльд, без удовольствия толкнув дверь в вотчину Кроноса.

34

- Кажется, вы потрудились над ней лучше, чем над Данкуром...
Но, кажется, не достаточно. - Тихо пробормотал под нос Уолт, но по тому как на него тут же посмотрел Кайт, волк понял - слишком недостаточно. И это не про девку, а про не "тихо". И вообще, надо было держать эти мысли при себе!
- У девушки была карточка, что она работает в Цитадели. И у нее была сумка. Если она потеряла ее в этой суматохе, это одно. И совсем другое, если отобрал кто-то из этих...Поэтому, Эльд, ты забираешь всех троих в Цитадель, и запираешь так, чтобы они были где-то поблизости.
На сей раз все что думал Хейз осталось при нем. В Цитадель не хотелось совершенно. Он там уже был и ему там не понравилось. Очень не понравилось. И повторения вервольф не хотел, но... кого здесь интересует то, чего хотят рядовые вервольфы? И вот уже запястья рвет болью от серебра, и почти затянувшаяся рана, эх, спасибо тебе, Эмануэль!Не был бы нож серебряным - все уже сто раз зажило, а теперь неизвестно когда заживет. И шрам обеспечен.  Кажется, еще немного, и я тоже стану тебя ненавидеть как братья! перестает затягиваться и снова кровоточит.
Одно хорошо - дорога была не долгой. И он не успел прийти в ярость от яростного шипения Франа, который, хоть и был бледно-зеленого не свойственного волкам цвета, но оставался еще живым, и всю дорогу проклинал певца, девку, Кайта и... да много чего он наговорил. Но, он-то бурчал вполголоса и без свидетелей. О своих лишних словах Уолтера ожидаемо заставили пожалеть сразу. Их притащили куда-то в подвалы и поместили рядом. Видеть друг друга они не могли, а вот то, что творилось в коридоре - вполне. Данкура и Франа сунули каждого в свой отсек, а вот Уолта придержали. То, что сняли наручники было здорово, а во то, что заставили раздеться совсем - нет. И ведь только его! Уолтер молча скрипя зубами от боли, ярости и унижения, все же разделся. Его шмотки бросили в "его" отсека а самого, как ссыкливого щенка разложили на какой-то скамейке. Одно успокаивало волка, нижние конечности обмотали цепью вместе. Задаваться вопросом "за что, суки?" Уолтер не стал. Сам знал. Догадался еще там, в участке, по взгляду Родена. Выпороли не сильно, и затем, толкнули в камеру и... зашли следом. Выдержать порку было не сложно, боль была не такой уж и сильной. А вот дальше... Уолтер сглотнул. Впрочем, оказалось, что зашли охранники что бы продолжить свое "воспитание". На сей раз это были дубинки. Когда ухмыляющиеся охранники задвинули решетку, Хейз с трудом поднялся, добираясь до одежды и где-то на задворках появился вопрос: "И как соседи могли оценить второй акт происходящего?" Захотелось на всю тюрьму проорать "Они мне просто снова избили!" Но это было бы не просто глупостью, а полным идиотизмом. Пришлось мысленно прорычать что-то и натянуть на тело штаны с футболкой.

35

Полицейские машины быстро навели порядок, теперь осталось только вымести всю голытьбу обратно в нижний. На этом фоне то, что произошло в полицейском участке было хоть и чрезмерным, но в порядке вещей.
На этой неделе в полиции будет много работы. Кого наказать телесно, а кого и материально. Несколько человек отобрали и для Колизея. И кто знает, что из наказаний им понравится меньше.
Кайт попрошался с Хеллстромом-старшим и наговорил ему так много комплементов насчет его сына, что Олаф нахмурился и посмотрел вслед сыну, решив что надо с ним поговорить.
Шеф службы безопасности, как он по-прежнему себя называл, хотя давно уже был хозяином Сантарии, погрузился в машину рядом с Гастоном, посмотрел на него и, улыбнувшись, откинулся на спинку. Его охранник завел машину.
- Некоторые на твоем месте побледнели бы, услышав сообщение, что меня просили тебе передать... - весело пробурчал Кайт. Он порылся в кармане, вытащил записку и протянул ее Гастону.
- Это принесли мне с пиратского судна сегодня утром.
"Завтра вечером я буду у вас, в Цитаделе. Не будете ли любезны передать это моему потомку, а так же сказать, чтоб он присоединился к ужину. Мы давно не виделись и нам надо очень многое вспомнить..."
Записка была написана мелким убористым почерком. Подписи не было, но только один почерк имел такую экстравагантную букву "Д".

Спускаясь по широкой каменной лестнице в подвал, с охранником-сопровождающим, Кайт уже отсюда слышал, как ругается Фран. Этот волк ни разу не был у него в Цитадели, он вообще был новенький и не подозревал, как тут обращаются с теми, кто кроет матом шефа службы безопасности. Сегодня узнает.
- Его наказали? - вопрос был задан о другом волке.
- Наказали, шеф. Выпороли, а потом продублировали ваше послание дубинками, причем так, чтобы окружающие думали, что он подвергся насилию. Видите, как буянит его друг? Это он из-за него.
Кайт усмехнулся.
- Вот и ладно. Сегодня выпороть обоих. За Данкуром завтра приедут из Трансильвании. Пусть сами решают, что с ним делать. А к этому, второму, пропустите охрану. Пусть позабавятся.
Они дошли до клетки с Уолтером и Кайт провел дубинкой по стальным прутьям решетки.
- Просыпайся, Ночной волк. К тебе пришли...

36

Уолтер разлегся на полу, и кривился, слушая концерт для соло без оркестра в исполнении Франа. Тот, видимо, полагал, что его "народное творчество" должно подбодрить собрата. А тот только теперь мог скрипеть зубами, понимая, что спектакль охраны обрел благодарного зрителя. И что ему? Проорать что ничего не было? Ха! Можно было не сомневаться, что это исправят тут же.
- Просыпайся, Ночной волк. К тебе пришли...
Вот принесли же черти! -Пришлось "проснуться" и подняться на ноги.
- Добрый вечер, господин Роден. - Очень хотелось поинтересоваться долго ли его тут будут держать и вообще! Ну, ладно, за необдуманный вопль его уже наказали, хватит, наверно? Пора выпускать! Но волку хватило уже одной порки со спектаклем что бы больше не открывать рот без надобности. А еще очень хотелось узнать что же случалось с ребятами. Очень хотелось. Настолько, что он забыл о собственном решении пасть не разевать пока не спросят.
- А уже выяснили что там с нашими стряслось? - Хейз подался вперед и даже в порыве вцепился в прутья решетки, высматривая в лице Кайта ответ на этот вопрос. А заодно и не заданный "Кому нам теперь мстить?"

37

Кайт отпустил охранника, вошел в клетку и улыбнулся, наблюдая, как волк пытается скрыть от Кайта совсем свежие синяки и кровоподтеки, заворачиваясь в рубашку, хорошо зная, как эти раны действуют на его Альфу.
- Не закрывайся. Дай-ка мне поглядеть... - дубинкой он раскыл его рубашку и толкнул волка к стене и усмехнулся, - А что тебя так беспокойт? Хочешь знать, кому теперь мстить?
Альфа был не только старше на несколько сот лет, но он, похоже,  и перенял у Дамиана его фокусы чтения мыслей.
- Ничего особенного. Помнишь я сказал, что девка была из Цитадели? Она работала у Шарля Бодлера, у тзимицу. Наверное он проводил опыты на ее крови. Хорошо еще, что эти волки не превратились в лягушек, а умерли волками, как и полагается.
Все это время он смотрел на тело волка и все сильней было заметней, как он возбуждается. Стоило бросить взгляд ниже пояса, как там, под брюками, поднималась такая же дубинка, что была у него в руке.
- Ну давай, рассказывай теперь ты. Какого черта вы взбесились? Или забыл, какие проблемы у тебя были и всей вашей гвардии из-за этого певца?
Он опустил руку и наминал сквозь штаны его член, что совсем не гормонировало с допросом. А между тем, сквозь стену раздавались стоны и ругательства других арестантов, которых уже пришли пороть. А Франа, кажется, не только пороть, потому что, после двух изданных криков, ему заткнули рот и он теперь издавал глухие короткие звуки.
Кайт рассмеялся
- Давай, рассказывай! Вспомни, что я твой Альфа, и все, чего я хочу, должно быть исполнено в тот же миг.

38

- Не закрывайся. Дай-ка мне поглядеть...
Ага. закроешься от тебя! Ну, на, смотри... гад! - Уолтер не стал сопротивляться. Более того, звуки из соседних отсеков наводили на не самые веселые мысли.
А что тебя так беспокойт? Хочешь знать, кому теперь мстить?
Хочу! - Нет, просто... должен же знать...
Рассказ сводился к одному - Виноват главный тзимицу Цитадели. А если продолжать то: забудьте и не смейте даже думать.
И это Уолту предстояло довести до сведения до братьев. Надо? Доведет!
- Ну давай, рассказывай теперь ты. Какого черта вы взбесились? Или забыл, какие проблемы у тебя были и всей вашей гвардии из-за этого певца?
- А вариантов не было. - Мрачно ответил Хейз, стараясь делать вид, что его нисколько не трогает то, что делает сейчас Альфа. И держать себя в лапах. ЭЭЭ! Стоп! В руках! Трансформацию удалось поймать вовремя и надеяться, что увлеченный своим занятием Кайт ничего не заметит.
- Давай, рассказывай! Вспомни, что я твой Альфа, и все, чего я хочу, должно быть исполнено в тот же миг.
- Он не оставляет выбора своими постоянными провокациями. Ребята пытаются терпеть, но любому терпению приходит конец. Мы - Волки! А не шавки какие-то подзаборные, что бы нас с грязью мешали! - Хейз почувствовал как заводится и сам не заметил как резко дернулся в сторону, отшатываясь от Родена. Он подошел к решетке и шарахнул по ней кулаком. - Это ему повезло, что его копы повязали. Братья решили, что Данкур должен умереть. У той самой стены.
Мрачно проговорил Уолтер, не глядя на Родена.  Рассказал он это не из-за приказа Кайта, а потому что... Не хотел смерти Эмануэля. Как решить вопрос он не знал, и на концерте возвращался к разным планам, но... произошедшее все их нарушило.

39

- Значит, братья решили? А Альфу своего они забыли спросить?
Он видел, как Уолтер делает попытку не обернуться при нем. Здесь, на острове, звери могли обращаться только в укрытии или дома. Так было заведено Дамианом и он, Роден, не собирался ничего менять.
Роден хорошо знал, как волку бывает муторно, когда, не он сам, а чье-то желание заставляет его перекидываться. Пусть даже Альфы. И как бывает после этого плохо. И он сам хотел показать это Уолтеру.
- Ты знаешь, кому ты принадлежишь, волк? Мне... И твоя банда принадлежит мне, как раньше мне принадлежала моя команда пиратов.
По мере того, как Кайт говорил, его голос менялся, становясь все больше похожий на рык.
- Ты хочешь, чтобы я обьяснил?
Его рука легла Уолтеру на плечо, внезапно становясь тяжелой, как каменная плита, а тело Уолтера все более гибким и гуттаперчевым под его рукой. Он все больше склонялся перед Кайтом, пока не встал на колени. Из его горла вырвался волчий вой, а через секунду он и сам стал волком. Огромным, послушным, готовым лизать ботинки у улыбающегося Кайта. Он юлил у его ног, заглядывал в глаза, готовый подставить задницу в любую минуту. Альфа подставил ему руку, которую тот и облизал. До этого момента, Роден не демонстрировал свою власть на оборотнях Сантарии. Что и говорить? Они ведь были у него в любимчиках. Ну а теперь пришлось...
- Возвращайся! - усмехнулся Кайт и погладил волка-Уолтера по шее.
Через короткое мгновение на полу, у его ног, лежал Уолтер, собственной персоной. После насильственного обращения вервольф чувствовал себя не очень и, сначала не в силах был подняться. Таким, обессиленным, его и хотел Кайт. Он наступил ему на руку
- Не вставай! Повернись ко мне...

40

- Значит, братья решили? А Альфу своего они забыли спросить?
Сантария большая, и контролировать каждого не во власти Альфы. К счастью. Для всех. В том числе и Альфы. Этого Хейз тоже не сказал. Оставил при себе свое сверхценное мнение.
- Ты знаешь, кому ты принадлежишь, волк? Мне... И твоя банда принадлежит мне, как раньше мне принадлежала моя команда пиратов.
Дааааааааа, принадлежала. Пока не взбунтовалась. Огрызнулся Уолтер тоже мысленно,а потом вспомнил, что в живых от тех бунтарей, кажется, остался только один. И тот сейчас где-то в подвалах Цитадели, а его щенок в личном услужении у Родена в положении почти раба - не самая лучшая карьера, которую хотелось бы для своего наследника.
- Ты хочешь, чтобы я обьяснил?
- нет, не хочу. - Негромко проговорил Уолт, но его, видимо, не услышали. А вот оборванную попытку обратиться напротив, заметили. И... наказание было жестоким. До сих пор Хейзу не доводилось испытывать принудительное обращение волей своего Альфы. Слышать - доводилось, а вот испытывать - нет. И Уолтер не был огорчен этим фактом. И полученное новое знание нисколько его не обрадовало. Ему казалось, что его пропустили через мясорубку. Дважды. Кажется, он орал, точнее, выл, а после обращения продолжал хрипеть, не в силах подняться. Да и даже казалось стоять то на карачках было трудно, хотелось упасть. И боль не проходила, хотя и стала меньше.
Блять! - Не удалось сдержать ругательства, когда на руку к полу придавил каблук Родена.
- Не вставай! Повернись ко мне...
Блять! - Снова повторил Хейз, в одно слово упаковывая насущный вопрос: "Ну и как ты это себе представляешь?" Сам Уолт после пережитого шока представлял плохо. Он вообще сейчас плохо соображал, словно разум не как обычно, в звере оставался человеческим, а наоборот, звериный сейчас превалировал.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Хищники