Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - ICQ 709382677 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Признаться в ошибке — вторая ошибка


Признаться в ошибке — вторая ошибка

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Через три дня после того, как мисс Бошан была отправлена на Сантарию.

2

Он был уверен, что очень удачно избавился от девчонки. Отправил туда, откуда люди не возвращаются. С комфортом отправил, между-прочим, частным самолетом, но он мог позволить себе этот широкий жест по отношению к самой одаренной своей ученице. Они бы многого добились вместе, но мисс Бошан сунула свой любопытный нос куда не следует и ясно дала понять, что не одобряет деятельности профессора. Будто он нуждался в ее одобрении или неодобрении. Это бизнес и весьма доходный бизнес, позволяющий покупать Голубой лед у посредника, жадно ловить туманные рассказы о Сантарии, где знают самый главный секрет – секрет вечной молодости. Секрет бессмертия. Этот же посредник, лица которого профессор никогда не видел, согласился помочь ему убрать Бошан. Совершенно бесплатно, в знак их дружеских отношений.
Целых два дня профессор наслаждался чувством триумфа и даже излил свое хорошее настроение в блондина-второкрусника. Задница у того была – само совершенство, вот только с оценками было туго. Ну, так они помогли друг другу.
Потом Мартелл выпил мятного чаю и лег спать.
А потом очнулся на борту частного самолета, из которого его выволокли без всякого уважения, к которому он пытался призвать двух громил.
- Что вы… Что за… Я требую объяснений!
Жаркое солнце обливало зноем впалую грудь, поросшую клочками поседевшей шерсти.
Разумеется, он не мог знать о том, что буквально один в один повторял сейчас сцену, разыгравшуюся здесь, на этом аэродроме тремя днями раньше…
Мысль о том, что ФБР узнало о его делишках, профессор тут же отмел – его бы допрашивали сейчас официально. А на случай официального допроса у него имелся замечательный и очень  дорогой адвокат.
Так где он?
Где он, черт возьми?

3

То как на их земле появилась смертная самка не порадовало СБ. О очень не порадовало лично Кайта. Дюк получил приказ "Разобраться." И разобрался.
Билетом юную недоучку и источник множества самых разных проблем на тропический курорт закрытого типа обеспечил Хендриксон. Во время беседы с замом СБ в дружеской обстановке в самом уютном подвале СБ тот и не думал запираться, что взял ее на борт и был крайне удивлен, что это оказалось злостная контрабанда. Но не та, которую он обычно и возил, а не правильная такая контрабанда. Которую никто здесь не заказывал и не ждал. Дюк поверил ему. И из подвала Хендриксон вышел целым, здоровым, только злым и прифигевшим. А Дюк остался там, размышляя над информацией. Сам Хендриксон не слышал ни имени Эйлинед Роуз Бошан ни профессора Энгус Мартелла. Он даже о самом Йеле имел более чем смутное знание. Но назвал того, кто конкретно доставил эту посылку. Времени было мало, а фигурант находился в данный момент аж в Чикаго. Пришлось обратиться там к знакомым. Через три часа была организованна видеоконференция - удобное изобретение. Вот только, увы не позволяет лично проделывать нужные манипуляции. Но Чикагские коллеги тоже много что умели, а посредник отлично знал кто по ту сторону экрана, а вид помещений в которых ожидал его Дюк действовал лучше чем любая исповедальня. Появлялись новые имена и складывалась цепочка. И если вины Хендриксона не было - он получил посылку от "официального" посредника, то вот этот типа был... Да, после получения информации Дьюэйн даже не стал требовать доставить его на Сантарию - он стал подарком чикагцам, а его канал был передан его коллеге, не замаравшего себя излишней жадностью.
В итоге, как именно старый сатир ухитрился избавиться от ставшей ненужной девицы Дюк понял. Но не понял другого - чем именно она досадила старику так, что тот потратил такие сумасшедшие деньги? Убить было куда проще. И дешевле. Из других допросов стало ясно, что старикан брал деньги из какого-то интересного проекта. И брал много. Настолько что был практически оптовым покупателем "Льда". Но любил напустить туману. Пришлось поговорить и с купцами и с барыгами с которыми профессор имел дела в последние годы. Все они были очень невысокого мнения об этом озабоченном торчке и выражали сомнения что с ним может быть связан кто-то серьезный. Полагали, что тот просто набивает себе цену. А деньги... может, наследство получил, а перед серьезными людьми просто понтуется.
Дюк подумал и решил, что вряд ли это так. Тем более, что дела профессора проверили - наследства не было. Зато несколько раз всплыла какая-то мутная контора "Медицина без границ". О ней отзывались высокомерно, считали глупостью, что ничего собранные там бездари никогда не добьются, только и дел что несколько раз мелькнули на экране.
Возможно так и было, но это была единственная зацепка. Но гадать и заниматься теорией можно было сколько угодно, а вот лишнего времени у офицера не было. И Хендриксон получил приказ самолично со своей командой заявиться по адресу Мартелла. Явиться ночью. Вытащить из кровати как будет. Усыпить и доставить на своем самолете на Сантарию. Нет дело было не в какой-то высшей справедливости, просто такой способ это хорошее средство психологического давления. Пытки, конечно, дадут результаты, но работать придется со смертным стариком и тут свои особенности. Дюк даже Бартоша затащил в подвалы со свей его медицинской фигней, пообещав, что если этот старый сморчок сдохнет, то Ласло останется сам в этом подвале недели на две.
- Что вы… Что за… Я требую объяснений! -Ягуар стоял на бетонной площадке, сложив руки на груди с выражением бесконечного терпения. СБшники, забравшие профессора из салона самолета бросили старика на землю под ноги своему командиру.
- Забудь что ты что-то можешь требовать. Теперь ты можешь только одно - говорить. И то, то, что ты скажешь должно быть исключительно ответами на мои вопросы.
Дюк не повышал голоса, а закончив говорить, дал приказ снова поднять пленника и тащить следом.
Энгуса грубо зашвырнули в подъехавшую машину и подперли с двух сторон все те же громилы. Дюк уехал на второй машине. Крики, мольбы, ругательства,обещания и угрозы давно эти оборотни привыкли пропускать мимо ушей. Они больше не раскрыли ртов и доволокли порученного их заботам пленника приподняв за плечи на добрый локоть над землей и швырнули в камеру. Когда тот оказался на ледяном полу, один из охранников в два рывка содрал с дряблого тела последние шмотки, оставив его лежать под беспощадными прожекторами.

4

Профессор взглянул – снизу вверх – на молодого мужчину в черном.  Попытался придать лицу то надменно-недовольное выражение, такое привычное, наводившее ужас на  его студентов.  Получилось, но так себе получилось. Во-первых потому, что было понятно, тому, кто  с ним говорил, его недовольное лицо до звезды, во-вторых, потому что Мартел чувствовал что-то, что не мог осознать и тем более, объяснить. Но это что-то было. Витало в воздухе, давило к раскаленной земле. Он с опаской схватился за сердце – в его возрасте заработать инфаркт плевое дело, даже с Голубым льдом, который продляет жизнь, но сердце вроде бы вело себя  в рамках приличия. Может быть, гипноз? Или какой-то газ, безвредный для этих тупых болванов, не понимающих, что перед ними светило современной биохимии, и вредный для него?

- Это возмутительно, - прокаркал он, пытаясь подняться и вернуть себе остатки достоинства.
Это мафия…
Точно, это мафия, которой нужны его деньги!
Мартелл даже просиял от такой гениальной догадки. Его похитили ради выкупа! Неприятно, кончено, но пережить можно.
- Совсем не обязательно тащить старого человека непонятно куда, и обращаться с ним таким возмутительным образом. В конце-концов, я гожусь вам в отцы, молодой человек! Проявите уважение!
Кадык на худой, морщинистой шее дернулся от возмущения.
- Скажите сколько, я выпишу чек, и покончим с этим!

Денег жалко. очень жалко. Только к старости профессор открыл для себя всю прелесть непомерных трат благодаря «Медицине без границ» и черному рынку органов. До этого приходилось довольствоваться приличным, но все же не чрезмерным окладом преподавателя Йеля. Ну и воровать по мелочи из правительственных грантов. Но черт с ними, с деньгами. Главное, чтобы хватило на Голубой лед. Вот без чего Мартелл уже не представлял своей жизни.

Отредактировано Энгус Мартелл (Четверг, 28 июня, 2018г. 19:30)

5

Дюк зашел в комнату, в которой пленнику из-за яркого света просто невозможно было ничего рассмотреть. А когда дверь распахнулась, то свет, напротив резко погас и теперь фигура Дюка резко выделялась на фоне этого самого проема. Дверь захлопнулась, оставляя их в полной темноте. Для старика в полной, вошедший же явно отлично видел куда идет. Чуть скрипнул какой-то предмет мебели. Профессор никак не мог бы сказать что это - он просто не видел до этого ничего кроме каменного пола. А сейчас мог лишь ощущать какой он грубый на ощупь и холодный. Очень холодный. В доме, да еще и явно в разгар лета пол не может быть настолько ледяным. Такое могло быть только, если это было ниже уровня земли. В подвале.
- Совсем не обязательно тащить старого человека непонятно куда, и обращаться с ним таким возмутительным образом. В конце-концов, я гожусь вам в отцы, молодой человек! Проявите уважение!
Дюк хмыкнул. Зашелестела одежда - это оборотень сложил на груди руки.
- Мой отец, конечно, редкостная сволочь, но судя по тому что мне удалось узнать о тебе - ему далеко до тебя. Это если мы говорим о личностных качествах. А если ты думал, что седины это показатель возраста, то ты еще больший идиот, чем мне докладывали. - Ни о каком даже намеке на уважение и речи не могло идти. Постепенно освещенность комнаты стала увеличиваться, давая возможность рассмотреть интерьеры. Дюк, как оказалось, пристроился на край грубого деревянного стола. Точнее даже это был не совсем стол, с него свисали цепи, торчали металлические кольца, делая предмет мебели только дальним родственником привычных столов. А вот все прочее и вовсе не имело аналогов в привычном мире. Колодки, разного рода щипцы, цепи всех размеров, кандалы, еще куча какого-то хлама. Но было понятно, что это все на самом деле не хлам. Предметы были расставлены и развешаны в определенном порядке, были вычищены и готовы к работе. Отдельно на стене висели всякие кнуты, плети и какие-то палки. Что-то просто пугало, а что-то казалось нереально-гротескным, например плеть кошка-девятихвостка, с хвостами, сплетенными из металлической проволоки. Или вон тот кнут. Хвостов него было всего три, но на конце каждого был грузик весом не менее пятидесяти грамм. Таким можно было убить. Сразу и наповал.... человека. Но у профессор не обладал пока что достаточно информации что бы правильно понять для кого предназначены эти орудия.
- Чек? На что ты собрался выписывать чек? Ты все еще думаешь, что у тебя осталось хотя бы копейка? Ошибаешься. Но, в любом случае ты здесь не для этого.  Как я уже сказал - от тебя требуются только ответы. Честные и полные. Начнем.
Дюк привычно снял с пояса любимый кнут и согнул его в руке.
- Собственно, раз ты сам поднял эту тему, то вопрос первый: откуда у тебя деньги? Столько денег, сколько ты потратил даже за последние полгода на  наркотики невозможно достать, даже воруя, учитывая что у тебя нет прямых доступов к фондам как Университетским, так и этой странной шаражки под дурацким названием "Медицина без границ". И это второй вопрос. Что на самом деле делает организация? И кто именно в ней работает по этому настоящему направлению?
Так как пленник явно еще не осознал в какое дерьмо влип, Дюк решил ему помочь. Он неспешно стянул одну из кожаных перчаток и, присев на корточки рядом с профессором отвесил ему сильную оплеуху. Потом недобро усмехнулся. Все равно участь этого сморчка решена, то можно и так...
Глаза Дюка изменились, янтарно-смарагровая радужка стала еще ярче, зрачок поменял форму, а лишенная перчатки рука изменилась и длинный черный коготь рассек щеку профессора как самый острый нож. За первой раной последовала вторая, третья, а потом Дюк отвесил еще одну пощечину, на сей раз щеки коснулась не человеческая ладонь, а кошачья лапа. Очень большая кошачья лапа. И после этого удара остались на шее характерные борозды, а Дюк уже натягивал перчатку на самую обыкновенную руку и внимательно смотрел на старика самыми обычными глазами.
- Я. Жду. Ответов. Следующим шагом будет дыба и кнут. - Дюк поднялся и согнул в руке упомянутое орудие.

6

Профессор, конечно, многое знал о белкАх, о том, как подсидеть коллегу и как без последствий совратить красивого мальчишку-студента. Умел он ловко организовать прикрытие для отъема органов у бедного населения в пользу богатого населения. Но чего не умел, и к чему жизнь не готовила – это к тому, что он окажется в ситуации, которую не в состоянии контролировать.
- Вы хотите сказать, что отобрали все мои деньги? – хриплым голосом проговорил он. – Я вам не верю! Не верю!
Перед глазами проплыл сейф в его квартире, обставленной антиквариатом, и в ней – пачки купюр. и ячейка в банке... нет, туда они просто не могли добраться, эти мерзавцы, обирающие честных людей, наживших состояние непосильным трудом!
Вопросы у мерзавца в черном были конкретные и неприятные, очень неприятные для того, кто в определенных кругах слыл чуть ли не вторым Ганди. Если кто-то узнает правду. Его репутации конец.
Энгус представил себе заголовки газет, разоблачительные статьи, передачи на центральных каналов с его портретом, и что-нибудь вульгарное и пошлое, типа – Доктор Убийца. Поэтому он и отправил на остров мисс Бошан – чтобы единственная свидетельница замолчала, но сначала как следует подумала над своими ошибками. И что же получается? Его тайна... уже не тайна?
- Не понимаю, о чем вы говорите, - пробормотал он, решив запираться до последнего...
«Они ничего не докажут», - твердил он, как мантру. – «У них нет никаких доказательств».
А потом... потом его ударили, лицо полоснуло дикой болью, профессор Мартелл заорал, и с него сразу слетел весь этот йельский лоск, золотистая пыльца, прилипающая к тем, кто отирается подле сильных мира сего. Боль полоснула шею... Это была не человеческая рука! Не человеческая!
Задыхаясь, Мартелл ополз на заднице в угол.
Значит, это правда? Все эти смутные слухи, которые он получал вместе с очередной порцией Голубого льда... про сверхъестественных существ, наделенных силой и вечной жизнью.
Вечная жизнь! Профессор бы все отдал за это. Больше всего он боялся смерти, и тому, что ей предшествовало в его возрасте – дряхлость, слабоумие, одиночество. Главное – одиночество. Если бы не деньги и не Голубой лед он бы уже был одинок.
Прижав ладонь к шее, он посмотрел на кровь. На коже чувствовались следы когтей, как будто его ударила большая кошка, а глаза... глаза у этого, в черном!
Тяжело дыша, профессор пополз к нему на четвереньках. В глазах светилась и надежда, и подступающее безумие, как у человека, которому дан один единственный шанс запрыгнуть в уходящий поезд, а за спиной горят города и рушатся континенты.
- Помогите мне, - хрипло проговорил он. – Пожалуйста! Я хочу быть таким как вы, хочу быть таким же. Сделайте это со мной, я все сделаю! Все! Я многое могу... «Медицина без границ», мои друзья в Конгрессе... Только скажите, что!
Бессмертие, а может быть и возвращение молодости – кто знает, насколько могущественны эти существа – все это туманило разум профессора, лишая возможности мыслить здраво. Но кто может мыслить здраво, когда мечта – вот она, на расстоянии вытянутой руки.

Отредактировано Энгус Мартелл (Пятница, 29 июня, 2018г. 09:56)

7

- Вы хотите сказать, что отобрали все мои деньги? Я вам не верю! Не верю!
- Я не ходячий проповедник,  что бы ты мне верил. Это не моя задача - распространение веры. Моя задача - получение ответов, а вот твоя задача ответить на мои вопросы так что бы я поверил тебе.
- Не понимаю, о чем вы говорите Дюк вздохнул. Ну почему все всегда одно и то же? Особенно с американцами. Надо поговорить с Колби. Это же он вырастил этот заповедник, в котором, в отличие от нормального мира все крутится вокруг юристов с их странными представлениями о законах. Ягуар решил действовать, пытки он оставил на потом, все таки старый организм, истощенный наркотиками, наукой и прочими излишествами. Может не выдержать столкновения с реальной жизнью. Решил выбить того из колеи, показав свою звериную ипостась... немного. Лишь так, что бы тот мог испугаться, а потом усомниться в собственной вменяемости.
Испугаться старик испугался, даже вполне резво отполз на своей дряблой, не приспособленной для даже таких нагрузок, заднице в угол. Дюк ждал, давая профессору переварить увиденное. И дождался.
- Помогите мне. Пожалуйста! Я хочу быть таким как вы, хочу быть таким же. Сделайте это со мной, я все сделаю! Все! Я многое могу... «Медицина без границ», мои друзья в Конгрессе... Только скажите, что!
Вот только дождался совсем не того. За свою жизнь, протяженностью в несколько сотен лет, ягуар повидал многое. И после выступления старого маразматика на лице офицера не дрогнул ни один мускул, словно его каждый день просят об обращении. Да что там - каждый день, стоят в очереди по записи.
Редкостный самоуверенный идиот, с манией величия. Он что, и правда, полагает что что-то значит? Что может быть для кого-то интересен в роли... потомка? Эти презрительные мысли не отразились на лице оборотня. Вместо этого на лице появилась понимающая улыбка.
- Таким как я, к сожалению, стать у Вас никак не получится. Я - истинный оборотень. Меня, кхе-кхе, никто не кусал. Но, к примеру, Ваши знакомые, которые привели Вас сюда - обращенные. - Дюк намеренно сменил тон и перешел на уважительное "Вы". А разве может быть иначе, когда разговариваешь с такой значительной персоной?
Ягуар взял рацию и отдал несколько коротких приказов. Явились старые знакомые и внесли в камеру два кресла, теплый плед и два стакана. Один с вином, второй со сливками.
- Господин, Вы предпочитаете чай или кофе? Тщательно давя улыбку тоном опытного дворецкого проговорил один, пока второй, завернув профессора в плед усаживал его на кресло и впихивал в руки стакан с вином. Дюк уже сидел в своем кресле и неторопливо тянул холодные сливки. Подчиненные на камерах видели ход "допроса" и поняли игру своего командира и понятливо поддержали. Получив ответ они вышли а Дюк продолжил игру.
- Вы упомянули какую-то организацию. Вопрос с Конгрессом оставим на потом. Расскажите об этой организацией. Чем же на самом деле она занимается. Понимаете, сам лично я, конечно, не смогу решить вопрос о Вашем обращении. Тем более, что с Вашим положением и интеллектом Вам больше подойдет, наверное, стать вампиром. Среди них много ученых и политиков. Позже Вы сможете с ними познакомиться и принять решение. Но для этого Вам придется покинуть эти стены. А я не властен принимать такие решения. Я всего лишь офицер. Моя задача получит нужные ответы и передать их начальству. Но все же кое-какой вес у меня есть и мои рекомендации слушают и думаю, если мы с Вами сможем заинтересовать их, то уже сегодня вечером Вы покинете эти негостеприимные стены и обсудите с кем-то из  руководителей будущее.

8

После того, как к нему начали обращаться на «вы», Мартелл немного приободрился. После того, как ему дали плед и стакан с вином, Энгус Мартелл уверовал в то, что его жизнь чудесным образом переменилась. Ну, или вот-вот переменится. И даже приободрился, торопливо выпив вино в три глотка. Руки тряслись, кровь засыхала на шее неприятной коркой, но все это было не важно! Важно то, что, как ему показалось, этот оборотень ясно дал ему понять – все возможно. Даже пообещал! Не прямо, конечно, но все равно! Мысли о том, зачем он оборотням (и о Боже) вампирам , в голову не приходило. Он, старик, давно отживший свое, да, сделавший кое-какие открытия для науки, но вряд ли ему поставят памятник на территории университета. В лучшем случае – ограничатся мемориальной табличкой. Когда Энгус Мартелл смотрелся в зеркало, он не видел морщины, неприятные губы и крючковатый нос, он видел бесценного себя и полагал, что для других он тоже бесценен.
- «Медицина без границ»... все началось, когда мне дали попробовать Голубой лед. Бесплатно, на одной закрытой вечеринке. Это было потрясающе, как будто мне снова двадцать... и... ладно, это не важно. Я понял, что если я хочу Голубой лед, мне нужны деньги. Мои разработки в университете касались рака, и тогда я создал «Мир без границ», благотворительную организацию, мои люди ездят по миру, бесплатно обследуют на рак. Существует он, понятно, на взносы и пожертвования, и я передал туда свою годовую премию, так что с финансами все чисто и честно!
Мартелл горделиво взглянул на оборотня, предлагаю тому впечатлиться.
- На самом же деле я вышел на черных хирургов. В Америке очереди на почки, на сердце, а за здоровые стволовые клетки вас объявят богом! Мои люди похищали молодых и здоровых людей и разбирали их на органы, разумеется, все осторожно, тихо, никакой массовой резни. Это все нелюди! Африканцы! Индийцы! Мексиканцы! Недоразумение, а не люди!

Мартелл брюзгливо выпятил губы. Он был белым американцем с англо-саксонской кровью и очень этим гордился.
- Вы же не считаете, что у этих недочеловеков с нами равные права? – подозрительно осведомился он, глядя на Дюка.
Тот производил сейчас на редкость хорошее впечатление. Сейчас в нем не было ничего пугающего – красивый, прекрасно воспитанный молодой человек. И профессору удалось себя убедить  в том. что все случившееся ранее – просто недоразумение. Надо быть великодушным и забыть об этом . Да. Забыть как можно скорее.

9

Дюк слушал. И интерес был совсем не наигранным. Самовосхваления старика Дюк профессионально пропускал мимо ушей, и реагировал скорее на взгляды и интонации.
Существует он, понятно, на взносы и пожертвования, и я передал туда свою годовую премию, так что с финансами все чисто и честно!
Последовало понимающие кивание головой и предложение продолжать рассказ. Все было очень очень просто. И даже логично. Про торговлю органами тоже кто-то выдвигал версию, учитывая специальность этого сатира. И то, что он сейчас сказал подтвердило эту версию. Отлично.
Это все нелюди! Африканцы! Индийцы! Мексиканцы! Недоразумение, а не люди!
Шовинистические заявления Дюк пропустил мимо ушей.
- Я восхищаюсь как Вы сумели это организовать, но мне нужны имена тех, с кем Вы работали. Всех. Даже тех, кого только подозреваете что они работали с Вами. Теперь это уже важно не просто для того что бы я доложил начальству. От того как полно Вы мне раскроете всю цепочку и назовете всех участников зависит уже Ваше дальнейшее благополучие. Поймите. - Дюк подался вперед, почти касаясь своим лбом лба профессора прошептал. - Когда Вы выйдете на новый уровень жизни они станут не помощью и источником дохода. они станут камнем на Ваших ногах, и постоянным риском разоблачением. Вам же придется хранить не одну тайну о себе, как сейчас. А две. И согласитесь, эта новая куда как важнее. Мы заинтересовались всем этим... - Дюк отстранился и неопределенно махнул рукой. - ... могут заинтересоваться и другие. Поэтому сейчас надо ситуацию исправить. И мы Вам поможем.
Вошел охранник. Он принес кофе в чашках тончайшего костяного фарфора, показывая "уровень", который ожидает профессора здесь. Сахарница была явно из дворцовых сервизов, украшенная настоящими камнями, на большом блюде лежала нарезанная ярко-оранжевая дыня и в креманке внушительных размеров стояло "классическое золотое" мороженое.
- Очень рекомендую попробовать эту дыню. В этом году Юбари очень вкусные. Мы сменили поставщика. - небрежным тоном проговорил Дюк, давая понять что самый простой охранник здесь так часто ест эту дыню, что разбирается во всех нюансах. Сам же Дюк взял еще один стакан со сливками. - Сейчас нам придется обойтись только легким перекусом. Вас доставили уже когда мы пообедали, а ужин будет чуть позже.
Кроме всего этого на столе появились листы бумаги, карандаши и ручки.
- Пейте кофе и пишите. Мне нужно минимум тридцать имен. Непосредственные участники. Ваши коллеги. Политики, которые помогали Вам. Все. Даже имена мальчиков-курьеров, приносивших Вам письма от Ваших друзей. Дюк откинулся на спинку кресла и стал терпеливо ожидать окончания этого фарса.

10

Написать имена всех, кто ему помогал? Да почему бы нет?! Мателла поманили такими соблазнами, что он готов был сдать темноволосому оборотню всех, включая президента Соединнных Штатов, с Библией и звездно-полосатым флагом.
На фарфор, дыню, на всю эту роскошь, которая ему была не доступна (все же «Мир без границ» не бесконечная золотая жила) Энгус поглядывал с восхищением и жадностью. Его семья была приличным средним классом, отец- стоматолог, мать – домохозяйка, барбекю на заднем дворе. Поездки летом на Побережье. В Йеле все эти сынки сенаторов и конгрессменов  смотрели на него сверху вниз. Еще поэтому он в свое время решил оказать протекцию той крошке, Бошан. В память о том времени, когда он сам пытался пробиться наверх.

В преддверии радостных перемен он склонен был вспомнить о бедняжке со снисхождением. Мертва, наверное. Для нее же лучше, если мертва, вряд ли кому-то есть дело до ее мозгов, когда есть такое тело.
Кофе выпил с видом ценителя и с видом ценителя попробовал дыню, многозначительно покивав головой...
- Скажите, а моя старость, она обратима? – спросил он оборотня, горячо надеясь на положительный ответ. – Снова почувствовать себя молодым и сильным... как я об этом мечтаю!
И, чтобы показать, что он очень, очень готов к сотрудничеству, Энгу
с склонился над листком бумаги и начал писать.
Имена ложились, выводимые старомодным мелким почерком. Сотрудники «Мира без границ», курьеры, водители, секретарша и волонтеры из студентов, чья задача сводилась к тому, чтобы раздавать на улице листовки.
Затем – имена. Имена тех, кому он поставлял свежевырезанные органы и кто перегоняя деньг на его тайный счет в одном далеком швейцарском банке. На это требовалось время, но ничего, если все сбудется, времени у него будет много. Вечность! Перед ним вечность!

Подумав, профессор дописал снизу имя – «Эйлинед Роуз Бошан – студентка», и подписал – мертва.
- Вот, пожалуйста, - заглядывая в глаза оборотню, профессор придвинул ему исписанный листок. – А когда меня смогут обратить? Как быстро решаются такие вопросы?
И как они решаются? Его будут кусать? Сделают укол с таинственной субстанцией? Проведут ритуал?
Не важно. Он согласен на все.

Отредактировано Энгус Мартелл (Пятница, 29 июня, 2018г. 12:14)

11

- Скажите, а моя старость, она обратима?  Снова почувствовать себя молодым и сильным... как я об этом мечтаю! Дюк ответил что-то в духе того, что он - истинный оборотень и не в курсе того что там бывает у вампиров. Но самое главное, что старик начал наконец писать.
- Вот, пожалуйста. Дюк не ответил. Он уже получил то, что хотел. Он просмотрел список и нехорошо улыбнулся. Требуя все-все имена у этого чванливого старика с непомерной манией величия Дюк лукавил. Все-все ему были без особой надобности. Хватило для распутывания всей этой не самой хитрой сети нескольких. дальше можно было брать их в оборот и так далее. Но этот самовлюбленный начитавшийся дурацких сказок сморчок так поверил в свои фантазии, что написал целую поэму. Может, конечно, где-то и приврал из явного желания понравиться тем, кто ему мог дать то, о чем он там так мечтал, но в основном написал все что нужно. Это Дьюэйн определил, увидев несколько знакомых имен.
Так-так-так... начали свой бизнес, собаки блохастые?  Упомянутые имена принадлежали "мирским" именам одного волчьего клана обосновавшегося в Америке. Дюк их хорошо знал. Они были вовлечены в некоторые схемы, которые курировали друзья Дамиана. Дюк это все знал еще по тем временам, когда был офицером, занимавшимся "особыми услугами" для упомянутых друзей. Проблема была не в том, что в своей жадности эти дурни "не отстегнули" тому, чьими слугами были. А в том, что своей самодеятельностью подставили под удар налаженные механизмы. Вариантов решения было несколько. Можно было поговорить с Гектором, тем самым Боссом этих паршивых овец в волчьих шкурах. Нет, поговорить-то придется в любом случае, но... или он берет эту ветку их побочных приработков под свою руку и доводит ее до ума. Либо закрывает эту самодеятельность на корню. Либо... либо уничтожает шакалов. 
А когда меня смогут обратить? Как быстро решаются такие вопросы?
Ягуар снова усмехнулся. Так же как раньше - жестко, властно. Листок он сложил вчетверо и убрал в карман. Это он пошлет в Америку, показать крысам что их сдали. Потом, конечно.  Может быть. Офицер поднялся. На сей раза не пришлось даже ничего говорить. Дверь открылась, пропуская вервольфов в камеру. На сей раз пришли еще два раба.
Дьюэйну больше здесь ничего не было нужно, поэтому он даже говорить ничего не стал, а молча вышел из камеры. Оборотни же сорвали со старика плед, грубо вытряхнули его из кресла на пол. Рабы собрали все со стола, сам стол, кресла и плед и вышли. Один из оборотней тоже вышел. Второй же не выдержал и подошел к опешившему снова валявшемуся на полу старику.
- Ты что и правда такой самовлюбленный идиот каким пытался казаться? Действительно думал что чем-то можешь заинтересовать ну хоть кого-то? А? Ты хотя бы видел себя? Нет? - Зеркал как таковых в камере не было. Была панель покрытая серебром - эффективное средство для допроса. Но она еще и прекрасно могла заменить зеркало. Волк без усилий поднял тщедушное тельце профессора и поставил его напротив импровизированного зеркала. - На такое убожество может польститься только слепой, глухой и безрукий, который не сможет  на ощупь понять что перед ним за уебище стоит. А, да еще он должен быть начисто лишен обоняния. от тебя смердит плесенью и гнилью. Это я не о высоком, не о душе там или еще чего. Душонка-то у тебя и правда, гнилая, но я сейчас о твоем теле. У тебя ничего нет.  Ни ума, ни души, ни даже тела. Ни-че-го. Ты пустышка. Тебя даже на корм не пустить. Не знаю как тебя удавят, я бы лично просто закрыл дверь камеры и не открывал. А потом позвал рабов, что бы они вынесли дохлятину на помойку. Вервольф был еще относительно молод и ему пока что было простительно проявление своих чувств на службе. Он разжал руки, отпихнул ногой тело профессора и вышел, закрыв за собой дверь, словно привел собственный приговор в действие.

12

- Но как же… Я же все сделал, что вы хотели!
Крик Мартелла ударился о запертую дверь и вернулся к нему эхом, полным горечи и искреннего непонимания.
- Вы не можете меня вот так бросить! Вернитесь! Вернитесь немедленно!
Панель, покрытая серебром, отразила безумие в его глазах, искаженное страхом и жалостью к себе лицо, всклоченные седые волосы, дряблую кожу, впалую грудь. Старость в ее худшем проявлении. Старость без души, доброты и удовлетворения от прожитой жизни.

Профессор прислушался, ожидая, надеясь услышать шаги, скрип замка, а потом появится тот оборотень, в черном, и скажет, что это все просто шутка. Все их договоренности в силе. Сейчас его выведут отсюда, а потом и обратят.
Но, сколько он ни вслушивался, слышал только тишину, давящую, красноречивую тишину, которая словно повторяла слова, сказанные ему на прощание.
Ты ничто.
Ты пустышка.

Мартелл помотал головой, губы капризно скривились. Он не мог быть пустышкой. Не он. О нем писали в газетах, о нем делали передачу на центральном телевидении. Были и те, кому действительно помог его «Мир без границ». А как же иначе, те, кто вкладывал в него деньги, хотели видеть результаты. Результаты были – счастливая многодетная мать из Калькутты, которой вовремя диагностировали и вылечили рак груди, ну и другие тоже, такие случаи широко освещались в прессе…

- Вы еще поймете, как ошиблись, - пробормотал он, вытирая с губ слюну. – Вы поймете! Я вам докажу!
Тишина беззвучно насмешничала…
Пустышка.
Ты всего лишь пустышка…


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Признаться в ошибке — вторая ошибка