Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - 416125092 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Цепи и цели


Цепи и цели

Сообщений 41 страница 43 из 43

41

Ивон натянул одежду, стараясь не морщиться. Глубокие раны от плети подзатянулись, те, что были не такими страшными, наверное, почти сошли, но вот срастить внутренние переломы полностью трем глоткам живой горячей крови Уве Циммера не удалось. Но Вилар был рад и тому, что может стоять самостоятельно, и самостоятельно одеваться. Если постараться забыть о том, что у штанов отсутствовала задница, то и правда, в них как-то спокойнее. Хотя бы немного на человека похож…

Вампир сказал «есть то, ради чего ты хочешь жить»… Ивон не стал поправлять, говорить, что было, ради чего он хотел жить. Застеснялся.
Выходило, будто он жалуется, а это как-то неправильно.
В балетной школе от жалоб отвыкали быстро, некому там было плакаться на жизнь, на сбитые пальцы, на бессонные ночи и полудетские обиды. Да и тут, наверняка, тоже.
По коридору шли молча, вернее, молчал Уве Циммер, а Ивон не нарушал это молчание. Правда, перед дверьми с охраной невольно напрягся, вслушиваясь, не слышно ли стонов и криков за дверью, не привели ли его в еще одну «воспитательную комнату». Потом замер, несмело шагнув внутрь.
Улыбнулся.
В любой танцевальной комнате, в любой стране, в любой точке земли царил свой, особый запах, который ни с чем не спутаешь. Запах паркетной мастики, дерева, магнезии, которую танцовщики использовали вместо присыпки. Даже ели бы его привели сюда с завязанными глазами, он бы узнал этот запах.

Вампир молчал, и Ивон счел это молчание разрешением. Подошел к станку, коснулся гладкого, теплого дерева, с испугом взглянул на себя в зеркало.
Отражение показалось почти чужим.
Тогда он встал в первую позицию, выпрямился, зло игнорируя боль в ребрах и то, как вызывающе выглядит зад в кожаных штанах.
Так лучше. Намного. Так это был уже он, пусть собранный из кусочков, но он…
- Мне разрешат здесь бывать? – спросил молодой вампир у Уве Циммера.
Не танцевать, не репетировать…
Ивон говорил не о профессии. О смысле жизни.
Кажется, он действительно есть.

42

- Мне разрешат здесь бывать?
- А это лишь частично зависит от Мастера Циммера. - Раздался глубокий голос, вошедший мужчина был массивным, но не толстым и не выглядел громилой. И двигался он с истинно-животной грацией, выдававший для понимающим его истинную ипостась - оборотень. Оборотень-кот. Оборотень - дикий кот. Оборотень - большой дикий и хищный кот. Действительно, Рихард был тигром.
Он мягко ступая, что казалось удивительным для такого крупного мужчины, подошел к замершему у станка юноше и оглядел его, после чего довольно болезненно ударил носком ботинка по лодыжке, вынуждая того поправить положение ступни. Он обошел пленника и остановившись у того за спиной наклонился, принюхался и ухмыльнулся.
- Господин Бауэр, он недавно имел не самое приятное знакомство с Мастером Конти и... - начал было Циммер, но его остановили.
- Он, назвался танцовщиком. Артистом. Вот сейчас и узнаем, получит ли он разрешение здесь бывать или пусть и остается в постелях гостей, развлекая их своей гибкостью. - Отрезал мужчина и подошел к роялю. Лео Делиб не писал свою музыку для одного лишь рояля, но Рихард нисколько не огорчало это, и "Корсара" в адаптированной версии легко можно было узнать. Партия Али, друга главного героя была для танцоров сложной, а учитывая то, что у невольника были сломаны ребра, а это опытный оборотень определил быстро, была тем еще испытанием.

43

Ивон, как все творческие натуры, быстро проникался симпатиями или антипатиями, практически с первого взгляда. И голос вошедшего, ударивший по нервным окончаниям, какими-то особенно неприятными обертонами, заставил его выпрямиться и закаменеть лицом еще вернее, чем  удар ноком ботинка. Очень фамильярный жест, который не допустил бы ни один хореограф. 
Но это было не важно, на самом деле.
Важно было то, что, похоже, от этого оборотня зависело, будет ли он иметь доступ к танцевальной комнате. Или, вернее сказать, еще и от этого?
- Мне ясно дали понять, что одно не освобождает от другого, - звенящим голосом ответил он, прямо взглянув на вошедшего.
Как же они все его достали, эти вершители его судьбы. Судьба одна, а вершителей, судя по всему много…

Но на рояле он играл так, что Ивон невольно замер, прислушиваясь, и чуть не пропустив тот момент, когда Али выходил на сцену…
Али был выпускной работой Ивона, но вряд ли играющий это знал. Работой, в которою Виллар вложил всю душу, и, по отзывам критиков «Али вышел куда более соблазнительным, чем Медора». Медору спасали, Али же раскрывал себя. Он был сыном Востока – гибким, опасным, сладострастным, и Ивон наслаждался каждым движением партии, выкладываясь в ней так, словно от этого зависела его земная жизнь и вечное спасение души.
Но танцевать без разогрева, без подготовки, со сломанными ребрами – это было творческое самоубийство.
Но не танцевать – еще более верное самоубийство.
И Ивон вышел на середину зала.
И забыл обо всем.

Он больше не был собой, его тело не принадлежало ему, оно было инструментом. Идеально отточенным под танец, к тому же, к этому прибавилась особенная грация вампира, и сила, и скорость, создавая из танца нечто большее. Магию.
Али дразнил и ускользал, летал в сложнейших прыжках. Боль была страшная, но она была болью Ивона – не Али. И это по губам Ивона стекала кровь от разорванных легких, а не по губам Али. Али победно улыбался…
С последним аккордом Али в прыжке упал на землю и тут же привстал – эффектная сцена, неизменно взрывающая зал аплодисментами.  Ивон сделал это безупречно и выдержал те несколько секунд, что требовались для смены сцены – дальше следовала партия Медоры.
А потом упал на спину, кашляя кровью.
Зато в глазах его плескалось торжество.
Идите вы все нахуй.
Он – танцор. Он был для этого рожден и жил для этого.  А вы тут для чего живете? Есть ли этому хоть какой-то смысл и оправдание? Если и есть, Ивон этого не увидел.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Цепи и цели