Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - 416125092 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Смерть все ставит на свои места.


Смерть все ставит на свои места.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

.

2

Прошло, кажется, уже... А сколько? Дней пять... Или три? Или неделя? Или вечность? Нет, для вечности мало... Джеральд не мог определить сколько именно дней он находился в этом каменном мешке, кормить его больше, кажется, не собирались. Ему бросили несколько пакетов с консервированной кровью и буднично сообщили, что больше ему ее не дадут. Никогда. Точнее до того дня, когда поведут на эшафот. Растягивать кровь Джеральд не стал. Зачем? Казнь, судя по всему, обещала быть чудовищной и не лучше ли сдохнуть тут? От Жажды? Поэтому от крови следовало избавиться. Вылить ее он не смог, хотя рассудок подсказывал, что так и надо было сделать - больше вероятность что Жажда настигнет раньше и сожжет, если не тело, то разум. Воды же, было в избытке и Джеральд заглушал и Жажду и Голод, как обычный, так и вампирский этим суррогатом. Только заглушалось все это очень плохо. Ему даже иногда в голову забредали мысли, что было бы лучше, если бы его "навещали" Сбшники, как бывало обычно. Своими сальными шутками и жестоким обращением они бы хоть немного вносили разнообразия в его жизнь.
Он и сам не знал какой страшной пыткой может быть пытка одиночеством и ожиданием казни в этом самом одиночестве. Для костра ненависти нужны дрова - враги. Осязаемые. В противном случае это пламя начинает пожирать самого ненавидящего. Иногда Джеральду казалось, что он сходит с ума или сошел, но через миг с болью в душе понимал, что все еще нет, не сошел. И становилось еще хуже. Так тошно как сейчас не было никогда. Даже тогда, в первый раз когда он так же ждал казни. Он ее ждал на самом деле, не надеялся на снисхождение, не ожидал какого-то иного варианта, кроме как собственной смерти. Но то, что произошло оказалось хуже казни, и в то же время, те годы, что прошли с того первого приговора сильно изменили ирландца.
Тогда у него была хорошая жизнь, идеалы и он был готов умереть. Сейчас же его жизнь была адом, полна боли и унижений, а его идеалы, уподобились старому серебру, покрылись патиной и налетом, хотя и оставались еще прежним серебром... там глубоко внутри под всем этим налетом грязи. Но именно теперь он и не хотел умирать. И хотя и уговаривал себя, что лучше подохнуть до казни, но... если бы так хотел, то вылил бы кровь и не притрагивался к воде. Он же... Где-то внутри он все еще надеялся, что Демон, как и в прошлый раз отменит свой приговор. Не верил, но надеялся.

3

Пауль себе и в страшном сне не мог представить то, что с ним происходило в последние дни. Ему казалось все это вывертами его собственного сознания. Он никогда не считал себя склонным к душевным болезням и тех, у кого видел хотя бы малейшие приметы оных полагал существами даже не второго, а десятого сорта. Но сейчас он был готов не только признать себя сумасшедшим, но и все что угодно, только бы все вот это вот не было реальностью.
Но, увы. Все его слуги кроме, сучки Ингрид убиты клевретами демона, белобрысая тварь переметнулась к Дамиану, ластится как последняя течная сука к нему и стелется. Но это было бы еще полбеды, так еще и на просьбы прислать ему раба, выказанную Паулем по привычке, ему отказали, сославшись на приказы Кайта и Дьюэйна, которые в свою очередь, ссылались на волю своего Хозяина. Пауль напрягся и вспомнил, что что-то такое, кажется, он слышал. Ну и финалом были стоявшие у дверей СБшники, которые стоило Паулю открыть дверь заступали ему дорогу, напоминая что он теперь  здесь пленник, а не гость.
Это выводило из себя, он ярился. А главной проблемой было то, что он понимал, что ненавидеть должен главного виновника - Дамиана, а... не получалось. Вот никак не получалось, и поэтому он ненавидел весь свет.
Повинуясь странному наитию он выдвинул ящик письменного стола, в котором уезжая забыл пару пистолетов. Они, к вящему удивлению Пауля, оказались на месте. Он не торопился. Медленно разобрал и почистил оба ствола и зарядил. В следующий момент он так разозлился на всех, даже смог почувствовать как злится на Демона и порадовался было этому, но тут это приятное чувство исчезло, растворилось, словно капля акварельной краски, упавшая в стакан воды. И Пауль разозлился на себя. Он вскинул руку с пистолетом, поднес ее к виску и нажал на курок. И... и в шаге от него на пол рухнула люстра. На самом деле он не собирался минуту назад кончать собой, это был лишь всплеск протеста. Идиотского, за которой он сейчас ругал себя, но... не вот руку в последний момент отвел... что-то просто не позволило ему покончить собой.
Теперь Пауля раздирала не злость, а ярость. И он принялся уничтожать в комнатах все, что билось. Он расстрелял остальные люстры в других комнатах, стекла в окнах и вазы. Потом принялся за бокалы. Перебил почти все, но обнаружил, что патроны в коробках закончились все и он потребовал принести ему новые. И... ему отказали. Как отказали и в замене расстрелянных графинов и бутылок со спиртным. И даже кувшин с водой принесли после того, как согласовали это к кем-то из старших офицеров.
Когда принесли воды, Русдорф почувствовал что пить уже и не хочет, но из принципа выпил стакан воды, а потом завалился на кровать. Прямо как был. В верхней одежде и ботинках. Такого с ним не было уже несколько сотен лет...

4

Дамиан был сегодня весел. И чрезвычайно. Это осознавали и Натаниэль, с которым он провел ночь, и который теперь лежал обнаженный в Дамиановской постели, поскольку тот ему разрешил, чего бы он обычно никогда бы не позволил рабу. А сейчас, из-за того, что вентру потерял слишком много крови, он позволил ему это, а Ламберт вопреки своему состоянию, был возбужден и заинтересованно смотрел на Мессира и Квентина, которого демону вызвали для сопровождения.

Дамиан на минуту вышел в другую комнату, а Нат подозвал каэсида и зашептал ему. Оказывается полчаса назад к Дамиану пришел охранник и доложил, что фон Русдорф мечется по комнате и все крушит. А поскольку раннее таких инцедентов с немцем не происходило, то оба сделали вывод, что наказание, которое приготовил ему Дамиан, подействовало.
В этот момент появился демон и Нат осекся, а Мессир с веселой строгостью взглянув на него, сказал
- Кто-то хочет вместо выходного отправиться к мастерам...
И Нат стушевался или сделал вид, и накрылся одеялом по шею
- Я только хотел рассказать...
Демон отвел смеющийся взгляд от Ламберта и взглянул на Квентина, сделал ему знак подойти. В руках он держал ошейник средних размеров из прочной черной кожи, но украшенный треугольниками из черного агата и только, где была застежка, один единственный, почти черный рубин, был похож на капельку крови, стекающую по ощейнику.
- Мы сейчас сами сходим к нему и посмотрим, что он там натворил... Но сначала мы предадим тебе, Квентин, сходство с яблоком раздора. Надо, чтобы все, кто на тебя будут смотреть, видели только кровь, текущую из твоей шеи. Я знаю, как рабы не любят эти ошейники, но... Подойди сюда...
Он приоткрыл шею Квентина и застегнул на ней кожаную полосу, взглянул каэсиду в глаза, увидел там недовольство и перестегнул  на еще одну одну застежку, так, что ошейник стал врезаться в шею, а вена надулась и стала видна. Проведя по его шее рукой, он посмотрел на Натаниэля, который широко открытыми глазами , жаждущими витэ, смотрел на это представление, и рассмеялся
- Хорошо, хорошо... Я скажу охраннику, пусть дадут тебе крови...

5

Квентин появился в комнатах Дамиана и обнаружил там валяющегося на постели Ламберта. Мимолетный укол ревности все же был, но тут же сменился радостью от того, что звали его для "профессиональной" работы. Это было приятно.
Выслушав Ламберта Квентин осознал, что его чувства к Русдорфу очень и очень противоречивы. С одной стороны этот вампир враг, но с другой, Квентин помнил как сам бесновался, когда Дамиан влил в его рот свою кровь. Когда осознал то, что его чувства это не всегда его чувства. И тогда ведь он попробовал лишь один глоток. У него было больше свободы, да и он не был Дамиану врагом изначально. Лишь не принимал его политику и искал способы покинуть остров. Но оказавшись повязанным с Демоном первыми Узами потратил немало времени что бы найти способы избавиться от них. Нашел. Изучил. Осознал что что бы от них избавиться нужно пройти через ад и готов был сделать все, что бы избавиться от навязанного. Позже все изменилось, но те дни, граф Моррель помнил отлично, а у Русдорфа положение и того хуже. Впрочем, сочувствие это было недолгим, все же этот вентру был врагом.
- Мы сейчас сами сходим к нему и посмотрим, что он там натворил... Но сначала мы предадим тебе, Квентин, сходство с яблоком раздора. Надо, чтобы все, кто на тебя будут смотреть, видели только кровь, текущую из твоей шеи. Я знаю, как рабы не любят эти ошейники, но... Подойди сюда...
Квентин тоже не любил, но... но у него были другие ассоциации. Такой вот ошейник напоминал лично Квентину другое время, когда на его плече не было клейма, когда его не мог каждый кому вздумается поставить в удобную ему,желающему, позу и поиметь или выпороть до потери сознания. Но это все было в прошлом. Сейчас же... Намеки Дамиана были весьма прозрачными и Квентин чуть скривился и тут же был наказан, теперь в ошейнике дышать было невероятно сложно.
Прикосновение к шее было провокационным. И насколько было видно по Ламберту. Судя по всему, Квентину предстояло поработать орудием пытки, провоцирующим Русдорфа.  Квентину оставалось только поклониться Дамиану и сообщить что он готов следовать за Мессиром куда тот сочтет нужным.

6

Дамиан поднял лицо каэсида за подбородок и посмотрел на него чуть пристальней, чем обычно, словно прочел его мысли.
- Знаешь... Я хотел бы узнать, что сталось с тем ошейником, который я подарил тебе несколько лет назад... - он прищурился, словно догадываясь, и отпустил его. Со смешком оглядел каэсида сверху донизу, поправил ему воротничок и остался вдохновлен его внешним видом.
- Теперь надо, чтобы фон Русдорф позарился на тебя, а он позарится, я его знаю.
Причем позарился бы на каэсида и сам Дамиан, это было видно и по его взгляду, и по его жестам. Но сейчас им надо было идти, а Дамиан так и не сказал каэсиду, собирается ли он его отдать фон Русдорфу.
- Постой... - демон остановил каэсида и осмотрев его еще раз, приказал, - Сними рубашку! И одень кожаные наручи...
Натаниэль, смотря на это во все глаза с кровати, только сглотнул и издал стон. Дамиан рассмеялся, только показал на лежащий рядом с ним стек. Ламберт взял его и подал Дамиану. А сам Демон  посмотрел на каэсида темным до черноты взглядом.
- Если фон Русдорф не позарится на тебя, то я прикажу перевести тебя в простые рабы... Поэтому, постарайся...
И он последний раз взглянул на него то ли со смешком, то ли серьезно и подтолкнул его в коридор.

7

- Знаешь... Я хотел бы узнать, что сталось с тем ошейником, который я подарил тебе несколько лет назад...
- Он у меня в комнате. - Ответил Квентин стараясь что бы его неожиданное  смущение не было видно ни Дамиану, не, тем более, Ламберту. Словно в этом признании было что-то постыдное.
- Теперь надо, чтобы фон Русдорф позарился на тебя, а он позарится, я его знаю.
Вот чего-чего, а того что бы на него зарился Русдорф, особенно после предупреждения Натаниэля, каесид совершенно не хотел. Но его желания, как обычно, никого не интересовали.
- Сними рубашку! И одень кожаные наручи...
- Как Вам будет угодно, Мессир.
Квентин послушно и без пререканий выполнил приказ и поймал взгляд Ламберта. Уже не первый раз Квентин замечал подобные вот взгляды. Нет, это было не просто вожделение. Все чаще в этом взгляде проскальзывали хищные ноты.
- Если фон Русдорф не позарится на тебя, то я прикажу перевести тебя в простые рабы... Поэтому, постарайся...
- Судя по взглядам Натаниэля и тому что мне известно про Русдорфа, мне вряд ли придется стараться. - Мрачно проговорил Квентин. Ему, конечно, совершенно не льстило внимание этого немца, который,дай ему волю, выплеснет все, что не может выплеснуть на Дамиана, на его раба. А, учитывая, что тот и в мирном, так сказать, настроении добросердечием не отличался, Квентин помнил в каком состоянии видел Ната после общения с Паулем, то сейчас тот  и вовсе слетел с катушек. Но, в любом случае, один визит к Русдорфу это лучше "перевода с понижением".


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Смерть все ставит на свои места.