Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - ICQ 709382677 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Казнить нельзя помиловать.


Казнить нельзя помиловать.

Сообщений 21 страница 40 из 48

21

- Давай теперь вторую руку...
Джеральд не понимал того, что говорят, но где-то на задворках сознания проскочила мысль, что это все издевка. Над ним просто издеваются. Почему он так решил ирландец не мог сосредоточиться и понять, просто так чувствовал.
- Еще не поздно попросить прощения у Дамиана, чтобы умереть с честью. Ведь он приходил к тебе напоследок!
А вот теперь стало точно понятно, что издеваются. "Попросить прощения" и "умереть с честью" никак не могли быть вместе. Это потомок Кухулина хотел выкрикнуть прямо в лицо Кайту. И выкрикнул бы, если бы не было так чертовски больно и не было страшно, что своим необдуманным криком только усугубит свое положение. Да, это была трусость, но и здравый смысл тоже. И Джеральд промолчал.
- Откройте ему глаза, чтоб видел...
Чьи-то пальцы хватали его за веки, растягивали их, но усилия были почти бесполезны, перед глазами стояло странное марево. Но все же сквозь него он видел очертания всего происходящего. И он заорал и дернулся когда топор стал опускаться вниз. Конечно же его действия ни к чему не привели, разве что на этот раз он не слышал хруста костей и звука рвущихся тканей, все заглушил собственный вой.
- Отойдите от него, освободите место... Я обещал напоследок потанцевать с ним,
Джеральд чувствовал как его тошнит, перед глазами все плыло и качалось. Его зачем-то подняли и Кайт вцепился в него. Что он собрался делать? Он сказал "потанцевать"? Что за извращенные фантазии у этого приспешника Балора? Танцевать с умирающим! С тем кого ты сам рубишь на куски! Он подвывал пока его тело раскачивалось в такт к движениями Родена и от этой качки его мутило сильнее и сильнее. Пожалуй, если бы в желудке было хоть что-то, то его могло и вырвать, но там было пусто и он просто судорожно сжимался, словно тоже танцевал какой-то свой странный танец.
И когда его уложили обратно на крест вампир даже почувствовал некоторое облегчение.
- А ты хороший танцор! Жаль, что я не знал об этом раньше, а то бы поберег твои ноги... Новая издевка дала понять, что еще не пришло время для последнего удара топора и что истязание будет продолжаться и он завыл, потому что слезы кончились.

22

Казнь продолжалась, Темнейший посмотрел на танец Родена и улыбнулся, а затем обратился к Дамиану. Что-то в его лице ему не нравилось.
- Ты не одобряешь Кайта или свое желание наказать?
Дамиан покачал головой
- Не знаю. Мне кажется, что я не должен был держать его в Цитадели, при себе, где он целыми днями был вынужден видеть перед собой причину своих бед. Надо было отослать его в шахты на остров Дьявола, там бы он быстро забыл, что такое неповиновение.
Темнейший улыбнулся.
- Мне кажется, что ты жалеешь его... - и он похлопал демона по руке, лежащей на подлокотнике кресла. А потом князь тьмы медленно обернулся к Русдорфу и посмотрел на него черными бездонными зрачками.
- А тебе, Пауль, нравится зрелище? Ведь это твой протеже. Ты отправил его на смерть...
Вместе с этим Темнейший протянул руку к стоящему сзади Квентину. Видимо от крови ирландца у него разгулялся аппетит.
- Мне хочется пить. Не могли бы вы наполнить мой бокал своей кровью, мой дорогой?

23

[ava]http://s52.radikal.ru/i135/1209/58/3c65fe14e8e0.jpg[/ava]- Ты не одобряешь Кайта или свое желание наказать?
- Не знаю. Мне кажется, что я не должен был держать его в Цитадели, при себе, где он целыми днями был вынужден видеть перед собой причину своих бед. Надо было отослать его в шахты на остров Дьявола, там бы он быстро забыл, что такое неповиновение.

По лицу Квентина невозможно было прочитать какие эмоции он испытывает смотря на происходящее на эшафоте. А так же никто не мог бы заподозрить его в том, что он внимательно прислушивается к разговорам. Ну, если бы, конечно эти гипотетические "ни кто"  не знали каесида лично. Те бы не сомневались ни на мгновение что вампир слушает все самым внимательным образом. И потому что привык слушать все и всегда... если была возможность. Отчасти в силу своей ранней профессии, той самой символ которой сейчас был на нем надет, ну и потому что никакой каесид просто физически не может пройти мимо какой-то значимой информации.
Что касалось происходящего, то Квентин не сочувствовал Джеральду. Когда-то, несколько лет назад, вампир даже в какой-то мере восхищался сородичем. Он понимал чем именно руководствовался ирландец, хотя и, как и любой англичанин полагал ОФлаэрти слишком радикальным и импульсивным. Теперь же изменилось многое. В том числе и статус экс-чиновника. А его... основания для поступка. И то, что пострадал от его действий тот, кто сейчас был для самого Квентина  дорог.
И поэтому Брентфорд не сочувствовал казнимому вампиру, хотя и считал, что казнь могла бы быть не такой жестокой. И в то же время понимал Кайта. А сейчас с интересом слушал то, что думали по этому поводу сидевшие здесь мужчины.
- Мне кажется, что ты жалеешь его... И снова на лице вампира ничего не отразилось, хотя он был удивлен таким вопросом. Он даже не мог себе представить, что Дамиан может жалеть своего врага, который норовил его отправить за Грань.
- А тебе, Пауль, нравится зрелище? Ведь это твой протеже. Ты отправил его на смерть...
- Да, Ваше Темнейшество. Мне нравится то, что я вижу. И все же отправил я его не на смерть, а на подвиг совершить который он так рвался.
- Квентин наблюдал за тем как брезгливо искривились губы немца. - К смерти его приговорили Вы, а я дал ему смысл жизни, который он растерял, но он не смог воспользоваться моим щедрым подарком и бездарно провалил свое задание. Вот за это он и расплачивается. И мне нравится то с каким ммм... артистизмом делает свое дело Старина Харон.
Во время разговора с Князем Русдорф смотрел на собеседника, но нет-нет, да переводил взгляд на эшафот, действительно наслаждаясь жестоким зрелищем.
Мне хочется пить. Не могли бы вы наполнить мой бокал своей кровью, мой дорогой? Квентин услышал обращение к себе и поторопился достать выданный ему Темнейшим небольшой ларец с кубком и ножом. Прилагавшуюся к этому великолепию перчатку вампир носил в собой. Надев ее каесид без лишней спешки расстегнул пуговицы, обнажая левую сторону груди и резким движением вогнал нож прямо в сердце, крепко стиснув зубы подставил под потекшую струйку крови бокал, крепко до боли сжимая его затянутой в перчатку рукой. Наполнив его, Каесид резко вытянул кинжал и задержав вдох, что бы стоном не помешать разговаривавшим вложил бокал в протянутую руку Князя.
- Прошу Вас, Ваше Темнейшество. - Голос вампира уже был ровным и спокойным, убирать нож и застегивать рубаху он не торопился, не зная ограничится Князь одним бокалом или нет.

Отредактировано Квентин Брентфорд (Среда, 14 ноября, 2018г. 17:32)

24

Одно только не соответствовало этой казни. Его одежда. Эта была праздничная одежда, сшитая Бернаром к празднику или еще какому-нибудь торжеству. Дюк же распорядился одеть ее сегодня.
Темнейший взял у Квентина кубок с кровью, молча поблагодарил и принялся пить, ничего не ответив Русдорфу. Но по его взгляду, брошенным на магистра тевтонского ордена, было ясно, он запомнил его ответ. Кто-кто, а Натаниэль, всюду следовавший за Дамианом, лучше, чем кто бы то ни было понял это. А ведь никто не знал, какой приговор был вынесен этому тевтонцу. Похоже было, что это Князь Тьмы как раз оставил напоследок. На сладкое...
Квентин отошел, чтобы налить  в кубок кровь. Свою. Ламберт смотрел краем глаза и почувствовал ревность. Похоже было что Брентфорд настолько понравился Темнейшему, что он таким образом выделил его. Но на Квентина по-прежнему смотреть Натаниэль не мог. И, как тот пришел, не смотрел. Эта черная форма... Он вспомнил, что делало с ними гестапо, когда он вместе с французским сопротивлением попал к ним в капкан. Вообще, он предпочитал думать о чем угодно, лишь бы не слышать крики казненного и не смотреть на казнь. Подумав, что Дамиан слишком просто относится к истинному виновнику своей "смерти", ведь Натаниэль, как и все считал истинным виновником не какого-то раба, а Русдорфа и его приспешников, которые исчезли, бросив своего господина, лишь только заговор был раскрыт. Впрочем... Об этом есть кому думать. А ему, Натаниэлю, лучше думать о том, что говорить завтра своему Сиру, когда он приедет в Цитадель. 
Новый крик казненного разбросал его мысли и Ламберт, бледный, как смерть, с тяжело бьющимся сердцем, снова взглянул на эшафот.

25

- Как ты кричишь! Давно бы так... - усмехнулся Кайт.
Двое подручный освободились, а двое все еще продолжали удерживать ирландца. Сейчас, казалось, силы оставили его, но Волки знали, что их усилия еще понадобятся, когда Кайт будет рубить ноги.
- Приведите сюда адских псов! - крикнул Кайт и двое его волков тут же пошли исполнять его приказ.
Свора черных, как смоль, собак, с коричневыми, подпалинами, нечто среднее между ротвейлером и мастифом, только гораздо огромнее и страшнее тянули за собой на цепях двух подручных-волков и издавали душераздирающий вой, либо рык, но ничто из этого не напоминало обычный собачий лай. Эти звери были голодны, едва почуяв кровь, стали бросаться на эшафот и двое матерых волков еле сумели их удержать.
Кайт бросил им руки Джеральда и они с рычанием тут же принялись за них, а Роден приподнял ирландца, давая ему смотреть. Трех минут не прошло, как последний кусок руки исчез в огромной пасти адского пса, а Кайт уложил подрагивающего Джеральда на крест, снова взял топор и поднял над обреченным.
Псы с воем уставились на эшафот. Они хотели еще. На этот раз Кайт не стал мудрить. Он отрубил одну ногу, а когда крики Джеральда утихли, отрубил другую и бросил их псам.
То, что осталось от Джеральда, его голова и тело, еще живые, лежали на кресте и, казалось, взывали о помощи. Рабы, скучились у окон и отворачивались от зрелища, потому что то же, им казалось, произойдет и с ними.
Кайт посмотрел на Темнейшего и Дамиана. Его взгляд просил о продолжении. Темнейший кивнул. Дамиан остался недвижим.

26

- Как ты кричишь! Давно бы так...
А Джеральд уже не кричал, он выл и хрипел, все вокруг крутилось и вертелось, в глазах стояла кровавая темнота. Она манила, казалась Джеральду кровавым водоворотом, который должен его затянуть и растворить в себе, но увы, не затягивал и от отчаяния Джеральд снова и снова выл, пока не охрип.
- Приведите сюда адских псов!
Джеральд дрожал от боли и страха, а услышав этот приказ вспомнил сколько раз любители развлечений заставляли псов трахать рабов и сначала затравленно замер, но потом сквозь пелену боли почувствовал облегчение. Это стало бы передышкой. Да, отвратительно и противно если его сейчас разложат перед всей этой толпой и отдадут псам. Но это будут несколько минут отдыха. Когда бы раньше ему сказали что он будет мечтать о том как его перед толпой будут насиловать собаки он бы не просто рассмеялся, а счел говорившего сумасшедшим, но вот теперь мечтал. Кайт бросил собакам его, Джеральда, руки и те с хрустом и чавканьем сожрали их. Джеральд все это видел и его затошнило. Он ждал когда его перевернут, подставляя кровожадным ненасытным тварям, но... Этого не случалось, Кайт не собирался дарить казнимому преступнику даже такой сомнительной передышки.
За руками последовали ноги. Было еще больнее, но хруст теперь был не таким пронзительно громким и на какой-то краткий милосердный миг ирландец все же смог нырнуть в багряный водоворот забытья, но, увы, миг был столь ничтожно краток, что вампир со слезами осознал что он снова находится по эту сторону сознания. На тот самый краткий миг он перестал вопить от боли, а теперь продолжил выть от отчаяния. Боль была нестерпимой, Джеральд знал что у него теперь нет ни рук, ни ног, но при этом ему казалось что он их чувствует, что шевелит пальцами, сжимает кулаки, и мечтал что бы... он хотел невозможного. Он хотел что бы все наконец закончилось и в тоже время мечтал о том что бы казнь остановили. Он понимал, что уродец, жалкий обрубок, но этот обрубок мечтал остаться живым, не до конца осознавая что именно сейчас представляет собой, просто цеплялся за остатки своего существования. Не верил, что еще один удар топора и все. Все закончится для него. Его не станет. Да, для него все закончится. Совсем все. Не только боль и страдания, но и все остальное. Он никогда больше не почувствует вкус виски, орехов, бекона, никогда не почувствует ничьих объятий, не увидит снов, не сможет насладиться лаской волн и теплом солнца. Наконец, он никогда не сможет даже просто вдохнуть воздух.
У Джеральда перехватило дыхание и он снова зарыдал не отводя взгляда от слепящего солнца. Его он тоже больше никогда не увидит. Для него больше не будет ничего. Ни-че-го. И никогда.

27

Не смотря на то, что Кайт сделал ирландцу укол, тут повсюду была кровь. Кровь была и на Джеральде, и на плахе, и на Кайте тоже была. От количества крови стервенела толпа, орущая "смерть ему", стервенел и сам Кайт. Этот волк готов был сам растерзать ирландца и когда от него остались лишь голова и тело, он был готов начать казнь по-второму разу. Кайт наклонился к нему, поднял его голову и увидел на глазах слезы.
- Что? Плачешь? Твоя жизнь кончена, Джеральд. Ты, наверное, доволен? Ты думаешь, твоя жизнь прекратится и ты больше не услышишь ни окрика охраны, ни приказа оголить зад? Скоро у тебя и зада-то никакого не будет... Видишь, - он показал на ложу, в которой сидели Темнейший и Дамиан, - Видишь, Темнейший следит за твоей казнью. Я слышал, он обещал Дамиану, что ты и после смерти будешь слышать звук топора и будешь чувствовать боль, какую чувствовал в последние минуты жизни. Нравится? Мне, да.
Он бросил ирландца на плаху. Просто бросил, даже не убедившись, что тот головой попадет в углубление, предназначавшееся для удара топора. Толпа закричала, требуя продолжения. Только рабы отворачивали головы, не в силах смотреть на это.
Кайт весело вздохнул и поднял топор, покрутив его в руке. Последний взгляд на ирландца, палачу даже показалось, что Джеральд прячет свою шею. Он усмехнулся и топор ухнул поперек углубления, отрубив лишь часть шеи. Наверное, это мгновение показалось ирландцу длиною в целую жизнь. Он еще хлопал глазами и не хотел умирать.
Кайт со смехом извинился перед публикой, сославшись на "волнение", снова поднял топор и, теперь уже точным движением, как и всегда, отсек голову ирландского повстанца.
Старый пират поднял ее за волосы, глаза казненного были открыты. Кайт показал голову толпе и водрузил ее на железный штырь, размером с человеческий рост. А тело бросил собакам и те принялись за него, вырывая друг у друга и голова смотрела на это.
Казнь кончилась. Кайт поклонился Темнейшему и Дамиану, и отправился смывать кровь. Толпа еще гудела. Дамиан о чем-то говорил Делорму, а Темнейший, казалось, в одиночестве наслаждался природой, отойдя на край стены и смотря вниз, на скалы.

28

Пауль наблюдал за казнью с жадным интересом. За свою долгую жизнь он не одну тысячу приговоров вынес сам и не одну сотню привел в исполнение. И он сейчас наслаждался не только тем, что криворукий вампир получает заслуженное наказание за то, что подвел их всех и, самое главное, его - Пауля фон Русдорфа и своей преступной ошибкой сорвал все их планы. И не только болью и страданиями казнимого, но и мастерством и изобретательностью палача. Вот только конец... он оказался смазанным. Нет, не тем, что Кайт якобы промахнулся. Такие, как этот волк случайно не промахиваются. Это понимали все и вон как вся его стая довольно скалится. Нет, слишком быстро все закончилось. Сам бы Пауль не был столь милосерден. Он бы закончил это тем, что насадил бы этот обрубок на кол, прижег все раны и оставил бы так подыхать это ничтожество.
Казнь закончилась, отрубленную голову предъявили толпе и толпа закричала, зашумела и для многих это стало сигналом расходиться.
Пауль тоже полагал, что увидел достаточно, а сейчас... сейчас он хотел поговорить с Его Темнейшеством. Вот только его посадили не рядом с ним, а рядом с Дамианом, что усложняло ситуацию.
Он уже поднялся, когда увидел как дернулась охрана и скривился. Теперь он здесь не гость, а пленник, а пленники не могут делать все что им заблагорассудится и ходить куда захочется. Теперь он должен спрашивать разрешение. И спрашивать его надо у Дамиана.
- Дамиан, ты же не против, если мы перебросимся парой слов с Главой Совета? - С нарочитой небрежностью спросил Пауль, словно и не разрешение он просил, а ставил демона в известность о своих планах. Но, если с Дамианом это еще и могло пройти, то вот с Темнейшим - нет. Его мнение следовало спросить.
- Если, конечно, Его Темнейшество соблаговолит уделить мне несколько минут.
Пауль поклонился Князю и стал ждать, смотреть в лицо Темнейшему ему не хотелось и он изучал пуговицы на его пиджаке.

29

Как хороша здесь природа. Буйная, необузданная, как бывает лишь там, где реки и водопады льются по своим вечным руслам и ничто не меняется по воле человека. Только по воле Бога или же... Дьявола.
Он слышал о желании фон Русдорфа подойти к нему, нахмурился и ответил демону на его мысленную просьбу, но так, чтоб только он слышал это.
- Ты уверен? Ну, хорошо. Пусть подойдет. 
Если бы Русдорф только знал, к чему приведут его происки, он бы ни минуты не раздумывал и запретил себе даже думать о смерти демона.
Теперь Дамиану осталась последняя ступень на пути к пьедесталу, которого добивались тысячи демонов разными способами. Он, так сказать, преодолел восьмую ступень, в результате чего приобрел много новых особенностей. Осталась девятая. Последняя. После которой гибель ему уже не грозит. Темнейший знал об этом. Знал об этом и Дамиан.
Князь Тьмы допил кровь и поставил кубок на плоскую каменную стену. Рядом положил и стилет, предназначенный для того чтобы эту кровь добывать. Он сложил на груди руки и повернулся к подходившему Русдорфу.
Он знал, о чем тот будет просить. Знал и то, что потребует за то время разговора, что он потратит на Русдорфа. Нет... Не кровь. Кровь магистра тевтонского ордена и так принадлежит ему.
Темнейший знал, что представляет из себя Русдорф. Он видел это приблежение хищника, до поры спрятавшего свои когти. На месте Дамиана он сразу бы уничтожил его, но Дамиан... этот демон любил провоцировать своих врагов.
- Итак? Чем же я могу быть полезен тебе, магистр? - холодно усмехнулся Князь Тьмы и смерил Русдорфа с головы до пят.

30

Пауль напряженно ждал. Он видел как прислушивались к происходящему находившиеся неподалеку нелюди и чувствовал себя униженным тем, что просит. А стоило ему представить, что сейчас Темнейший развернется и уйдет, а тогда унижение будет полным. А еще он заметил в одном из окон, из которых наблюдали за казнью оставшиеся в замке мерзавку Ингрид. Она стояла в одиночестве выпрямившись во весь рост, никто не посмел подойти к ней, потеснив у окна и в какой-то момент их взгляды пересеклись и Пауль увидел превосходство, и даже то, что она отвела взгляд первой не выглядело слабостью. И это разозлило Русдорфа, но потом он снова прикепел взглядом к казни и выкинул дрянь из головы.
Но вот Князь кивнул, показывая что вампир может подойти.
- Итак? Чем же я могу быть полезен тебе, магистр?  - Пауль поклонился, он заметил маневры Темнейшего с кинжалом и понял, что чем бы ни закончился разговор, но ему придется сегодня наполнить своей кровью этот бокал. Хорошо если Князь позволит ему самому сделать это или сделает сам, но тот может и заставить раба сделать это, унизив таким образом вампира. Но эти мысли тоже пока следовало выбросить из головы.
За время плена Пауль много раз думал о необходимости поговорить с Темнейшим, и даже делал наметки этого разговора, подбирал тезисы, но так и не сумел до конца сформулировать свои мысли и желания. Точнее, самым главным было убраться отсюда.
- Ваше Темнейшество, мне хотелось бы узнать мою дальнейшую судьбу. - Пауль с трудом удержался от того что бы не повернуть голову к окровавленному эшафоту. - У меня и в мыслях нет надеяться на восстановлении моих прежних привилегий, но я надеялся что Вы позволите мне отбыть в мой замок с моими слугами и там найти новое подходящее занятие.
Пауль снова поклонился, надеясь, что его желания не будут восприняты в штыки и Князь, и правда, пожелает его убрать с глаз долой. Лет на пятьдесят-семьдесят. А там будет видно.

31

Темнейший смотрел на него, а если точнее, сквозь него. Выслушав его, Темнейший холодно улыбнулся и вздохнул.
- Значит, Дамиан тебе еще ничего не сказал... Печально. Понимаешь, магистр, после того, что ты сделал, Совет отверг тебя, и я решил, что мне не нужны такие слуги, как ты. И потому я подарил тебя Дамиану.
Он хладнокровно развел руки и с усмешкой посмотрел на Русдорфа.
- Надеюсь, ты понимаешь, что совершил. Я не могу потворствовать тем, кто совершает насилие над вышестоящими кланами. Ты сам, твои слуги и твой замок отныне принадлежат демонам, вернее одному демону - Дамиану. Ты должен был у него спросить относительно своей судьбы, а я здесь, как ... - он рассмеялся, - как генерал на человеческой свадьбе, я просто прибыл на казнь, чтобы почтить одного из моих верных слуг, демона, который пострадал на моей службе... Тебе кстати понравились казнь?
Темнейший прищурился и посмотрел на Русдорфа внимательнейшим образом.
- Мне кажется, что вместо этого молодого человека, раба, должен быть ты, магистр? Или твоя казнь нас все еще ждет?

32

- Значит, Дамиан тебе еще ничего не сказал... Печально. Понимаешь, магистр, после того, что ты сделал, Совет отверг тебя, и я решил, что мне не нужны такие слуги, как ты. И потому я подарил тебя Дамиану.
Подарил? Меня? На счастье Пауля он смог не произнести этого вслух, но при этом выражение лица было настолько ошарашенным, что все что Пауль подумал было написано на лице и читалось любым даже самым невнимательным человеком.
Он, Пауль фон Русдорф впервые оказался в такой ситуации. Его сбило в толку обращение Князя "магистр" и он полагал что еще не все потеряно, что у него есть шансы, но оказаться вещью, которую просто вот так вот взяли и подарили. Практически рабом, это для Пауля было настолько неожиданным и невозможным, что он так и не смог найти что сказать.
В том же ошарашенном молчании Пауль выслушал отповеди Князя, который каждым сказанным словом втаптывал экс-члена Совета в грязь. И при этом Темнейший и не думал понижать голос. Все, что он говорил слышали все. А еще... Ингрид, мерзавка, Пауль был уверен внимательно смотрела на то, что происходит внизу и умела читать по губам. Почему-то именно это казалось Русдорфу самым унизительным, что эта предавшая его стерва все понимает и радуется, что вовремя перекинулась на сторону победителя, став теперь выше своего бывшего Хозяина.
Тебе кстати понравились казнь? - Пауль непроизвольно кивнул, честно отвечая на поставленный вопрос, да, конечно, она ему понравилось и только, услышав продолжение он понял в чем был смысл этого вопроса на самом деле.
- Мне кажется, что вместо этого молодого человека, раба, должен быть ты, магистр? Или твоя казнь нас все еще ждет?
Русдорф все так же молчал. Он судорожно хватался то за одну мысль то за другую. Быть собственностью и рабом Дамиана Пауль не хотел ни за что. И казалось, что казнь будет лучше, пусть и такая, но эти мысли быстро вылетали из головы Русдорфа. Он не собирался так просто сдаваться и дарить свою жизнь кому-либо.
- Ваше Темнейшество... - Русдорф подбирал слова медленно и осторожно, словно он был разведчиком во вьетнамской деревне, утыканной ловушками. - Я все понял и осознал. И раскаиваюсь в том, что сделал. Действительно, раскаиваюсь.
Все надо было делать не так!
- И я прошу шанс доказать Вам, Ваше Темнейшество,  и Совету мою верность. Я согласен отдать все, что у меня есть. И готов начать службу вдали от Рима и доказать свою полезность.
Только подальше отсюда!
Пауль специально обходил фигуру Дамиана в своих словах и просьбах. Да, это уже были и не просьбы даже. По сути сейчас Пауль умолял Князя о милости. Это было во взгляде, который тевтонец наконец поднял на Темнейшего.

33

- На Совет вам не стоит надеяться, ведь там есть и демоны, а их одно их слово тысячекратно перекроет все ваши просьбы.
Темнейший смерил с ног до головы Русдорфа.
- Может я и дал бы вам такой шанс, но существует ведь мое слово и я дал его Дамиану. Покая я не вижу от Дамиана никакой опасности вам, магистр... Вы сыты, находитесь на...
Он обвел рукой и взглядом эти прекрасные пейзажи
- ... на почти что свободе, у вас есть слуги, кровь, которую вам поставляют ежедневно, и даже, может быть, рабы. О ваших выживших слугах так же заботятся, как о прочих. Вам не в чем винить Дамиана, магистр...
Он по прежнему называл его магистром и это значило, что у Русдорфа есть надежда на будущее. Может быть, надо бы попросить у него активней.
- Я не стану вступаться за вас. Да, если бы и видел, то ничего не смог бы сделать. Спросите, сначала, у Дамиана, какую судьбу он вам уготовил. И если она будет так ужасна... - Князь Тьмы улыбнулся. Его улыбка напоминала маску, а глаза - вечную тьму. Улыбка растаяла...
- А кстати,  если бы Дамиан находился перед вами в таком же положении, как вы... какой бы судьбы он удостоился от вас? что бы вы сделали с ним? - с интересом спросил Темнейший.

34

Может я и дал бы вам такой шанс, но существует ведь мое слово и я дал его Дамиану. Покая я не вижу от Дамиана никакой опасности вам, магистр...
В этих словах Князя Пауль поймал намек на то, что у него этот самый шанс ему дают, но тут же услышал прямо противоположное.
- Я не стану вступаться за вас. Да, если бы и видел, то ничего не смог бы сделать. Спросите, сначала, у Дамиана, какую судьбу он вам уготовил. И если она будет так ужасна... Пауль сжал кулаки и скрипнул зубами. Да, в словах Князя был отказ, но вампир в этот самый миг смотрел ему в глаза и видел в них в беспроглядной на первый взгляд темноте... ожидание? Улыбка, погасшая в этот самый миг ощущалась насмешкой, словно Темнейший расставил собеседнику ловушку.
- А кстати,  если бы Дамиан находился перед вами в таком же положении, как вы... какой бы судьбы он удостоился от вас? что бы вы сделали с ним?    
Да, действительно, расставил. Именно потому что Пауль и видел свое будущее в виде вечного кошмара, потому что опирался на свое представление что бы он сам сделал с Дамианом. Пауля затошнило и он побледнел еще сильнее, когда в его голове все картинки "Что бы я с ним сделал" обрели его собственно лицо в роли жертвы. И Пауль даже не сразу понял что он сделал. Только когда ощутил жесткий камень под коленями осознал, что стоит на коленях перед Князем.
- Ваше Темнейшество. Я... умоляю Вас о снисхождении и прощу Вашей защиты. - Пауль не подбирал слов, они сами вылетали, и эти слова шли точно из самой глубины его души. Пауль уже не сомневался, что его лишили защиты Совета и все его мысли теперь видны Демону, а, значит и все то, что он сейчас увидел увидел и Дамиан. А до сих под в излишнем милосердии и снисхождении к врагам Дамиана не замечали. Разве что вот этот во Джеральд, но так эту ошибку Демон исправил и вряд ли допустит новых.

35

Казнь настраивала его на лирический лад. Обычно молчавший на таких "мероприятиях" Делорм, сегодня сделал для себя исключение и подошел к Дамиану поделиться своими мыслями. Они тихонечко беседовали в то время, как Русдорф подошел к Князю Тьмы...
- Я понимаю, на что ты надеешься. Но если не хочешь, чтоб это рано или поздно повторилось, сегодня же ночью отправь своих людей к нему в спальню, или, еще лучше, отправляйся туда сам и возьми с собой нож. Отруби этому прохвосту голову и живи спокойно...
Дамиан пару раз кивнул, но по выражению его лица, с каким он сморел на беседу Русдорфа с Темнейшим, он был непоколебим.
- Знаешь, о чем он просит Темнейшего? - улыбнувшись, спросил Дамиан и мельком посмотрел на Делорма.
- Конечно, знаю... - даже не взглянув на магистра, улыбнулся Делорм, - И хоть я не вижу его мысли, как ты, но понимаю, что он в этот самый момент просит пощады от участи, в которой видит себя. Он судит всех по себе и ты, если напряжешься, сможешь увидеть свою судьбу. Это с тобою бы произошло, если ты остался бы жив...
Делорм повернулся и на мгновение посмотрел на немца. Он увидел, как тот ударился коленями о крепкий камень балкона, а через минуту Темнейший что-то сказал ему. Коротко. И ушел.
Делорм покачал головой.
- Будь я на твоем месте, я бы сделал то, что предлагал тебе вначале, немедленно. Темнейший только что пообещал что-то ему.
- Ну что ж... Пусть будет, как будет, мой друг. А пока мы посмотрим, как он себя поведет...
В результате разговора Делорм понял только, что Дамиан что-то замыслил, а он, особенно в последнее время старался быть как можно дальше от темных мыслей демонов.

36

-Посмотрим... Не прозвучало даже, а едва-слышно прошуршало у ухо, словно Князь не произнес это слово, а оно почудилось немцу в порыве ветра. Темнейший развернулся и вышел, а Пауль поторопился подняться на ноги. Он тут же натянул маску надменности и презрения, показывая всем вокруг, что его отношения с Главой Совета это личное дело его и Князя, а не их мелких шестерок.
Вампир сглотнул, чувствуя как в горле все пересохло. Хотелось воды. А лучше крови. Взгляд скользнул по кубку и кинжалу, оставленных Князем. Он не потребовал с него крови. И что это значило? Недовольство? Или то, что он таким образом показал, что не ставит еще его на одну ступень с этим вот самодовольным англичанишкой, который в данный момент как раз быстро собрал все это и поторопился за Князем. Интересно, Дамиан просто поделился рабом или отдал Темнейшему того насовсем? Впрочем мысли о судьбе раба занимали Пауля не долго, просто они помогли ненадолго отвлечься от непроглядной темноты, какой казалась ему его собственная судьба. Он повернулся к Дамиану, с которым требовалось поговорить. И желательно прямо сейчас. Прямо не получилось. Он общался с тезкой Русдорфа. То, что Демон общается с Главой Инквизиционного отдела Совета было настораживающим и пугающим фактором. Особенно после всех слов Князя. Всех, кроме последнего. А так же проскочившего намека: "Спросите, сначала, у Дамиана, какую судьбу он вам уготовил. И если она будет так ужасна... " Эти слова Пауль предпочел видеть как обещание помочь. Но вот разговор закончился и Дамиан остался один, точнее с рабом за спиной, но рабы это рабы, и не важно есть они или нет.
- Дамиан... нам надо поговорить. - Выдавил из себя Русдорф и оглянулся. Он бы все же предпочел говорить не здесь и не так. И что-нибудь все же выпить. Хотя бы даже просто воды.

37

"Дамиан... нам надо поговорить."
Демон, улыбаясь посмотрел на Делорма. Его улыбка значила все, что угодно, кроме согласия.
- Давай поговорим завтра, герр Русдорф. Признаться, эта казнь лишила меня последних сил. И я хочу вина. А вы, господа? - кто бы и мог говорить о последних силах, но только не Дамиан. Его лицо и фигура сияли таким здоровьем, какого у него похоже не было и до его "смерти".
- Я тоже не отказался бы, но я надеюсь на твоих рабов, Дамиан, - сказал Делорм и посмотрел на Натаниэля, единственного, кто тут остался. Брентфорд, лишь только Темнейший ушел, последовал за ним.
Ламберт тут же принес бокалы с вином и стоял рядом с Дамианом, желая поскорее уйти.
- Русдорф, о чем же ты хочешь говорить с Дамианом? Надеюсь, я, как Глава инквизиционного отдела могу это узнать? - улыбнулся Делорм и его улыбка была так же холодна, как это вино из подвалов Цитадели. - Тем более, после того, что произошло, я не порекомендовал бы Дамиану тебя слушать. А если он этого внезапно захочет, то выслушать можно, но пусть для этого Пауль встанет на колени, как он только что вставал перед Темнейшеством, и в присутствии посторонних лиц. Ты готов на это... герр Русдорф?
Делорм нарочно сказал это при Натаниэле. Он считал, что если магистр способен на те действия, что тот совершил, то, если не смерть, заслуживает он, то рабство.

38

- Давай поговорим завтра, герр Русдорф. Признаться, эта казнь лишила меня последних сил. И я хочу вина. А вы, господа?
- От вина я не отказался бы. - Тут же воспользовался предложением Демона, но продолжил. - Но все же прошу тебя поговорить со мной сейчас.
Пауль сжал губы. Ему пришлось снова просить. Но он считал, что узнать все нужно прямо сейчас. И здесь. Не отходя от этой кровавой инсталляции с головой ОФлаэрти. Он не трепетный юнец, жаждущий оттянуть неприятный разговор, словно это сможет что-то изменить. Нет, Пауль был воином и не собирался отступать.
- Я тоже не отказался бы, но я надеюсь на твоих рабов, Дамиан, А Русдорф не отказался бы от того что бы этот волчара покинул их, но тот и не собирался, наоборот влез самым бесцеремонным образом в их беседу.
- Русдорф, о чем же ты хочешь говорить с Дамианом? Надеюсь, я, как Глава инквизиционного отдела могу это узнать?
Русдорф взял бокал с вином и отпил. Как не прискорбно было это признавать, но оборотень был прав, у него были все права узнать все что тот пожелает в данной ситуации. И Паулю оставалось только сжав зубы проглотить очередное унижение.
- Да, Пауль, твоя должность... - Русдорф сделал еще один глоток, проглотив остаток фразы.
- Тем более, после того, что произошло, я не порекомендовал бы Дамиану тебя слушать. А если он этого внезапно захочет, то выслушать можно, но пусть для этого Пауль встанет на колени, как он только что вставал перед Темнейшеством, и в присутствии посторонних лиц. Ты готов на это... герр Русдорф?
А это уже было не просто унижением, Пауль дернулся после этих слов так, словно ему отвесили пощечину. Прилюдную и громкую. Залпом допив вино, Русдорф поставил бокал на ближайшую поверхность, потому что руки дрожали. Он ярости, негодования и ненависти к этому блохастому инквизитору.
Он не сразу нашелся что сказать. Слова растворялись в кипящей лаве из возмущения и унижения.
Пауль бросил еще один взгляд на расходившуюся толпу, на окна, многие уже потянувшиеся было на выход задержались, увидев сцену между многими ненавидимым немцем и Князем Тьмы, а теперь они жаждали продолжения. Пауль никогда не доверял ничего воле судьбы, пользовался только расчетами принимая важные решения. А вот теперь он решил, что если мерзавка Ингрид все еще торчит в окне, то он плюнет на все и отложит разговор, сохранив хоть какие-то остатки самоуважения, а если нет... Окно было пустым. Ни самой Рейнхардт ни кого-то еще в нем не было. Пауль стиснул зубы, бросил взгляд полный ненависти на своего тезку и опустился на колени.
- Я доказал, Вам, господин Глава инквизиционного отдела свои намерения? - Вампир намеренно перешел на "Вы". - Теперь я могу подняться и мы можем все же поговорить, Дамиан?
Русдорф повернулся к Демону, давая понять что говорить он собирался все же именно с ним, а не с посторонними, пусть и облаченными властью, волками.

39

- Спасибо тебе за компанию, Делорм, но я вижу, что мне придется выслушать нашего пленника. И наедине, если ты не возражаешь.
Охрана, собравшаяся вокруг своего господина, тут же отошла. Делорм кивнул Дамиану, хлопнул Ламберта по плечу и увел его, чтобы поинтересоваться, когда приедет его Сир.
- Поднимайся, Пауль, и пойдем, - сказал Дамиан, ничем не выдав своего веселья, которое он испытал, когда увидел Русдорфа на коленях перед собой.
- Пойдем в другое место, более соответствующее хорошему настроению, чем это. С эшафотом посередине.
Дамиан шел первым, он спустился по холодным каменным ступеням в полуденный сад. Где из-за тенистых крон почти совсем не было солнца.
- Я знаю, что ты хотел у меня спросить... Но я боюсь, что на твой вопрос у меня не найдется ответа. Мне кажется, будет лучше, если ты поживешь со мной в Цитадели некоторое время, пока я... не приму решение.
Дамиан холодно улыбнулся
- В любом случае, в остроге тебе было бы хуже, а на том свете тем более.

40

- Спасибо тебе за компанию, Делорм, но я вижу, что мне придется выслушать нашего пленника. И наедине, если ты не возражаешь.
Облегченный вздох Русдорф сдержал. Хватит ему унижений на сегодня! Делорм ушел и увел с собой раба и после этого на лицо немца вернулись краски, но через миг он едва не покраснел, случайно бросив взгляд в то самое опустевшее окно. Оно снова не было пустым. Ингрид была там, более того, она распахнула створки и высунулась из окна, видимо, что бы видеть все лучше.
Русдорф подавился стоном. Ему показалось, что на губах этой дряни блуждала удовлетворенная улыбка.
- Поднимайся, Пауль, и пойдем,
Хмуро смотря куда-то себе под ноги немец поднялся, но тут же спохватился и поднял голову и последовал за Демоном.
- Пойдем в другое место, более соответствующее хорошему настроению, чем это. С эшафотом посередине. Пауль хотел сказать, что сегодня ему уже все равно в каком месте беседовать, хорошее настроение ему уже вернуть сможет только обещание Дамиана отпустить его на все четыре стороны и никогда больше не вспоминать ни самого Пауля ни даже его имени.
- Я знаю, что ты хотел у меня спросить... Но я боюсь, что на твой вопрос у меня не найдется ответа. Мне кажется, будет лучше, если ты поживешь со мной в Цитадели некоторое время, пока я... не приму решение.
- Хочешь сказать, что еще не придумал как отомстить мне и не выбрал как именно лучше сделать мою жизнь невыносимой? - Не удержался Русдорф. - Или тебе просто доставляет удовольствие держать меня подле себя на коротком поводке и наслаждаться моими принародными унижениями? Понравилось видеть меня на коленях и не хочешь лишаться этой возможности?
По мнению самого Пауля это было самое невинное, что следовало ожидать пленнику, но свои мысли он пытался держать при себе.
- В любом случае, в остроге тебе было бы хуже, а на том свете тем более.
- Князь уже сообщил мне, что все мое имущество теперь твое. Пусть так и остается. Не буду претендовать ни на что. Просто отпусти меня. Я найду чем заняться, поверь! - Это было сказано с жаром, про остроги и тот свет вампир принципиально предпочел не думать.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Казнить нельзя помиловать.