Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - ICQ 709382677 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Дамоклов меч » Таверна "Веселая Лютня"


Таверна "Веселая Лютня"

Сообщений 81 страница 91 из 91

1

http://s1.uploads.ru/G4fAe.jpg

81

Все вопросы были забыты. Все печеньки были забыты. Ивори летела впереди планеты всей, пытаясь успеть за Котом. Кот, судя по грохоту и воплям, был в беде. А оставить своего рыцаря погибать за просто так Ивори не могла.
- Идите сюда, Сэл, я вас спасу!
Юбочки длинного платья девочки взметнулись под ногами Марселя. Она успела за ним как раз к моменту, чтобы влезть под ноги и помочь потерять равновесие и ему, и подоспевшей Терезе – ребенок был везде. Вокруг что-то кипело, шкворчало и стреляло. Бегали взрослые дядьки, металась Тереза, кто-то что-то орал, обварившись. Однако целеустремленная малышка не собиралась так просто покидать поле боя. По крайней мере Марсель рассудил правильно, вытаскивая сразу троих. Уже перехваченная поперек тушки, девочка умудрилась вцепиться в щенка, выудив его из-под стола, куда полезла за Котом. И теперь успокоилась, удобно устроившись на руке Марселя, одной рукой собственнически обхватив его шею, второй прижимая щенка. Что-то горячим шепотом поясняя ему в мохнатое ухо.
- Он больше так не будет.
Усаженная на стол, чинно сложила ручки на коленки. С видом послушной девочки честно уставилась в глаза мужчине снизу вверх.
- Он мне сказал, сто больше не будет так себя вести… плохо.
Ткнула пальчиком в ухо щенка. Виноватый был найден мгновенно. Кот с невозмутимым видом вытянул лапу, принимаясь тщательно вылизываться. Он понятия не имел, кто тут что наделал. Он все время был тут. На этом самом месте.
- Вы меня пловодите к маме?
Обрадовано кивнула и решительно схватила Кота в охапку. Туалет мог и подождать.
- Пойдемте, я в лесу зыву. С длиадами и мамой. Она там главная, она всем пликазывает. Она вас побла…поблагодалит!
Невозмутимо выдала такое, от чего в трактире снова наступила тишина.

82

Конец света кончился и вокруг понемногу налаживалась прежняя мирная жизнь. Мужики помогли Терезе подняться и она, охая, заметала метлой осколки глиняного горшка.
- Он больше так не будет. Он мне сказал, сто больше не будет так себя вести… плохо.
Ребенок сложил ручки чин-чинарем и смотрел на трактирщика честным-пречестным взглядом. Кот упорно сохранял вид принца в изгнании, тщательно вылизывался, устраняя со своей шкуры следы помятости и вообще, казалось, не понимал, о чем разговор. Вернее, не хотел понимать. Таких наглых котов Марсель до сих пор не встречал, так что почти готов был поверить в версию девочки о происхождении  этого зверя. Принцы, они такие... дай бог, чтоб этот не так быстро рос.
Самый виноватый вид, как ни странно, был у щенка. Он прислушивался к интонациям Ивори, поднимал то одно ухо, то другое, жался к девочке и жалобно косил взгляд на нависшего над ними, руки в боки, Марселя, всей душой признавая, что именно из-за него, любителя поиграть, и поднялся этот гвалт.
Так и не дав коту привести себя в божеский вид, "небесное создание" схватило его в охапку, готовясь кубарем скатиться вниз со стола.
- Вы меня пловодите к маме?
Марсель едва успел ее удержать, отобрал кота и поставил назад. Заново помятый Кот сел копилкой и гипнотизировал трактирщика инквизиторским взглядом. Щенок забеспокоился, что про него временно все позабыли, нетерпеливо переступил лапами и попытался жалобно тявкнуть. Марсель грозно насупил бровь и щенок снова виновато уставился в пол.
- Наверное нужно тебя проводить. Взгляни в окно, скоро стемнеет. Давай-ка, ты скажешь мне, где живешь, и я тебя провожу.
- Марсель, если такой ребенок, только подумай, какая там мама... - смеясь, ввернул один из сидевших за соседним столом и видевший весь переполох с начала и до конца. - Не женщина, а огонь! На твоем месте я бы подумал, прежде чем куда-то идти...
Трактирщик отмахнулся от доброжелателя, не обращая внимания на насмешки, но в эту минуту девочка сказала такое, что и Марсель, и посетители, и даже подошедшая к ним Тереза одномоментно застыли, словно пораженные громом.
- Пойдемте, я в лесу зыву. С длиадами и мамой. Она там главная, она всем пликазывает. Она вас побла…поблагодалит!
- Мать твою. Да эта же дочка Трейи... - только и смог произнести после затянувшейся паузы один из мужчин. Марсель смолчал и только переглянулся с Терезой. Тереза охнула и, всплеснув руками, осела на стоявшую рядом скамью.
Не хватало только, чтобы в трактир заглянула городская стража.
- Пожалуй, в лес сегодня идти слишком поздно. До ночи не доберемся, да и ворота, похоже, закрыты. - хрипло выдавил из себя Марсель, - А как же вы оказались одни в городе, синьорина? Или нет... получается, вы тоже... принцесса?

Отредактировано Марсель Лоран (Вторник, 2 декабря, 2014г. 15:51)

83

Кота отобрали. Спрыгнуть со стола, ломая себе шею и руки с ногами, тоже не дали. Не обидевшись – на «длуга» обижаться было невозможно – уставилась темными глазками в лицо Марселю вопросительно. Мол, что такое? Все ведь решено. Виновный найден, она – хорошая девочка. Пора к маме. Перевела взгляд на окно, убедилась, что и правда темно. Озабоченно сморщила чистый лобик – мама будет волноваться. И ругаться потом, как следствие. Это было нехорошо и стоило поспешить.
Сто?
Недоуменно огляделась. После ее простых и понятных слов о маме, все вокруг стали выглядеть иначе.
- Да, я – плинцесса.
Важно и совершенно спокойно, как само собой разумеющееся, подтвердила догадку трактирщика. Она и правда была принцессой, что же тут удивительного? Вон Кот – и не удивляется!
- Сначала я была с длиадами. Мама ушла, Ольх снова потелялся без меня, и мне стало скучно.
Сэр Кот нервно дернул ухом. Дважды. Что, для знающих его, означало высшую степень негодования. Он прекрасно был осведомлен о том, что происходило, когда маленькая принцесса начинала скучать. Он первый об этом узнавал!
- Мы немного поиглали с Сэлом Котом. Потом ему тозе стало скучно. Он убежал, я убежала за ним.
Кажется, картинка вырисовывалась. Малышка-дриада, для которой лес был домом родным, легко ускользнула сначала от нянек, потом – и из самого леса. Следуя за Котом, которого в трактир вела дорожка вкусных ароматов…
- Я насла его и вас с Телезой.
Очень серьезно закончила длинное повествование и озабоченно покачала растрепанной от событий темноволосой головкой.
- Мама будет селдится. Она всегда нелвничает, когда меня нету лядом, понимаете? Вы боитесь темноты?
Неожиданно взгляд темных глазок прояснился. Это было действительно понятно!
- Такой больсой – и боитесь.
Снисходительно кивнула с поистине королевской важностью. Порода и правда проскальзывала. Несмотря на возраст и умение перевернуть все вверх ногами в пять минут.
- Холосо.
Нерешительно посмотрела на Сэра Кота, который из позы «думающего сфинкса» плавно перетек в позу «сфинкса смертельно уставшего». Точнее, вытянулся прямо на столе, лениво касаясь лапой края юбки девочки, превратив глаза в две узкие щелочки и явно не желая двигаться с места.
- Холосо. Я посижу у вас тут. Если Телеза даст еще печенек мне и молока Сэлу Коту, я не буду плакать и плосится к маме.
Выражение глазенок стало хитрым-хитрым. Маленькая шантажистка четко знала, чего бы новый «длуг» хотел меньше всего.
- Завтла вы сказете маме, что я ходила к вам в гости? Она не будет вас лугать. Она доблая и... и милоселдная.
Пообещала, обнимая обеими ручонками щенка и сонно зевнув ему в шерсть.  Кот мысленно улыбнулся – он-то знал, кто тут настоящий Принц!

Отредактировано Ивори (Среда, 3 декабря, 2014г. 14:22)

84

-  Сто? Да, я – плинцесса. Сначала я была с длиадами. Мама ушла, Ольх снова потелялся без меня, и мне стало скучно. Мы немного поиглали с Сэлом Котом. Потом ему тозе стало скучно. Он убежал, я убежала за ним. Я насла его и вас с Телезой. Мама будет селдится. Она всегда нелвничает, когда меня нету лядом, понимаете?
- Понимаю... - медленно ответил Марсель и задумчиво потер подбородок. Хуже всего было то, что понял, кем является девочка не только он. Мужики перестали хлестать свое пиво и теперь неотрывно пялились на ребенка, словно увидели у нее на голове нимб. Некоторых из них он хорошо знал и мог бы поручиться, что они не побегут тут же созывать стражу, но тут были и те, за кого он поручиться не мог. Да и вообще, чужая душа потемки. В этой ситуации он бы пожалуй не стал бы давать руку на отсечение, что все обойдется гладко.
- Вы боитесь темноты? Такой больсой – и боитесь.
Марсель не был бы трактирщиком, если б мгновенно не оценил умение ребенка манипулировать взрослыми людьми. И не был бы контрабандистом, если бы не собрался и не ответил ей тем же. Тем более, что козырь она подала сама.
- Понимаете, синьорина... принцесса... В лесу ходят волки, а пока мы доберемся до леса, станет совсем темно. Вы ведь волков не боитесь? Я тоже, но встретиться с ними совсем не спешу. Зато в городе в темное время суток можно встретиться с голодным оборотнем, а они похуже волков, и такая встреча будет не безопасна ни мне, ни вам. Помните, что говорила вам ваша мама? Что с оборотнями вам общаться не желательно. Как думаете, будет она рада, если вы не будете ее слушать?
Щенок не выдержал разговоров и уснул прямо на столе, грустно свесив голову вниз, где все еще лежало никем не востребованное печенье. Ему и снилось печенье, девочка и молоко. Потом среди всего этого великолепия откуда-то появился кот и щенок тихо скульнул во сне, накрыв лапами расцарапанный нос.
- Холосо. Я посижу у вас тут. Если Телеза даст еще печенек мне и молока Сэлу Коту, я не буду плакать и плосится к маме.
Выражение темных глаз стало пронзительным и хитрющим. Но Марселя такой деловой подход вполне устраивал и он, секунду подумав, протянул ей руку и так же деловито кивнул.
- По рукам.
- Завтла вы сказете маме, что я ходила к вам в гости? Она не будет вас лугать. Она доблая и... и милоселдная.
Взяв ребенка за тоненькую ручку, он легко сдернул ее со стола и, поймав обеими руками, легонько подбросил вверх
- А еще я скажу, что вели вы себя очень воспитанно и хорошо. Как и подобает настоящей принцессе. И Сэр Кот тоже...
Марсель подмигнул Терезе, но та уже слышала их разговор и теперь быстро стелила постель для девочки на большом сундуке, прямо за печкой. Про печенье она не забыла, но по ее мнению кормить ребенка надо было совсем другим.
Она забрала девочку у Марселя и усадила ее на застеленый периной сундук, поближе к взбитой подушке, окружив теплым стеганым одеялом.
- Может, хочешь кашу и мясо? Печенье это не еда для детей, - заботливо спросила черноглазую шантажистку, следя за тем, как кот, решив, что среди здешней публики ему не место, покинул стол с мирно спящим щенком и перебрался за девочкой на сундук.
Марсель забрал поскуливающего во сне щенка и положил его в ноги принцессе, накрыв по уши одеялом.
- Держи. С ним тебе будет теплей.
Тереза похоже неплохо ладила с детьми и котами, но вот в тех парнях у себя за спиной, трактирщик сомневался все больше и больше. Но делать было нечего, кроме пожалуй что одного. Надо было их напоить...
И назад, в зал, Марсель вышел, улыбаясь и неся в руках огромную плетеную бутыль, которую и поставил на стол.
- Ну что, мужики. Сегодня у нас настоящий праздник - увидели живую принцессу... Такое и не грех бы отметить. А это - за счет таверны!
Появление пузатого источника жизни было встречено восторженными криками и перезвоном глиняных кружек, когда посетители один за другим подставляли их под изливающееся из горлышка крепкое пойло.
- Верно, Марсель! Давай за принцессу!
- И за то, чтоб почаще сюда заходила. Вот уж не думал, что сегодня на халяву напьюсь!

85

Судя по сонному, но вполне сосредоточенному виду, с которым малышка прижала к себе окончательно задремавшего щенка, она и правда слушала внимательно. Волков она не боялась. Она была с ними «одной крови». Конечно, сожрать они могли любого, однако маленькая дриада в лесу могла спрятаться, убежать, ускользнуть. Позвать на помощь – и любое дерево стало бы ей помощью.
- И я не хочу с ними встлечатся…
Согласилась глуховатым голоском в пушистый загривок щенка. Он был мягкий и вкусно пах только что съеденным печеньком. Поэтому Сэр Кот временно был забыт.
- Нет, мама будет лугать. И тебя тозе, если отпустишь  меня к оболотням.
Услышав такие понятные и доступные детскому сознанию слова о реальном недовольствие матери, тут же встрепенулась. Строго глянула на Марселя, запугала его, деловито пожала смуглой лапкой протянутую ей руку, закрепив тем самым договор. Снова зевнула, без возражений обхватила обеими ручонками шею Терезы.  Милостиво позволила донести себя до кровати. Убедилась, что и ее Сэр, и новая игрушка – все тут.  И не капризничая согласилась с мясом и кашей.
- Буду. Мама ледко делает кашу. А ты вкусно готовишь.
Без колебаний перейдя с обоими на ты, ткнула босыми пяточками в теплый бок щенка и налегла на принесенную еду. Где-то рядом, в зале, пили, орали тосты, поминая ее саму и ее маму, королеву. Девочка не возражала. Это было правильно. Во славу кого же еще пить взрослым дядькам, как не во славу ее самой красивой мамы?
- Спасибо, Телеза. Я сейчас полежу и еще поем…
Свободной от ложки ручонкой привычно стащила с головки платок. Позволила ему рухнуть на пол, устроилась на подушке. И не успев даже попросить у Терезы рассказать ей сказку, уснула. Как усыпают маленькие дети, просто отключаясь там, где только что играли, стояли, сидели. Уснула с ножами, укрытыми мехом щенка. Со сторожащим ее сон Сэром Котом. И с ложкой, прочно зажатой в кулачке.

86

Когда Марсель, слегка навеселе от выпитого за компанию с мужиками за здравие лесной королевы, вернулся на кухню, Тереза, растаявшая от похвалы ее стряпне, дремала, закутавшись в шаль в углу сундука, в ногах у ребенка, словно оберегая ее сон. Принцесса, тихо посапывая, сладко спала с ложкой в руке. Щенок, счастливый от сознания того, что нашел себе такую подружку, спал без задних лап и ему снилось, что он тоже принц.
Единственным бодрствующим существом был пушистый аферист, нагло доевший из миски мясо  и теперь вылизывающий усы с глубоко оскорбленным видом.
- Что, не спится, Сэр Кот? Боитесь пропустить момент, когда станете принцем? - Марсель почесал кота за ухом. Тот на минуту задумался, но на всякий случай прижался к скамье, опасаясь, что наглый трактирщик, не считаясь с королевским достоинством, снова начнет таскать его за шкирку или, что еще хуже, поперек живота.
Услышав его голос, проснулась Тереза и, кутаясь в шаль, растрепанная и теплая со сна, приподнялась, заботливо поправляя на девочке одеяло.
- Все разошлись? - спросила, подняв тревожные глаза на Марселя. Трактирщик кивнул и затушил самую яркую свечу, стоявшую на столе. Теперь в кухне царил полумрак и только глаза Сэра Кота пристально и подозрительно таращились на них из темноты.
- Завтра они про нее и не вспомнят... - он кивнул на девочку и пристроился на табурет у стола, рассматривая непонятно откуда взявшуюся царапину на руке. Сэр Кот стыдливо отвернул черезчур серьезную морду и внимательно слушал певшего за печкой сверчка.
- Там остался только один. Но он уже совсем труп. Если к утру и проспится, я скажу, что подобрал его на улице и втащил в дом, а ты, если что, подтвердишь.
Тереза посмотрела на выглянувшую из под одеяла маленькую ножку и прижала к ней плотнее щенка.
- Ты и правда отведешь ее завтра в лес?
Марсель подумал и не без сожаления кивнул.
- Правда. Ты ведь не хочешь, чтобы ее мать сама явилась завтра за ней? Только не знаю, как я выведу ее из города. Говорят, ворота нынче снова закрыли. Кого-то ловят. Надеюсь, что не ее...

87

http://s1.uploads.ru/G4fAe.jpg

88

Веселый город Альтерра ===>>>

- Это приятное известие. Со Стражей мне бы не хотелось лишний раз встречаться.
- Согласен. Зачем нам, только что прибывшим в этот город, такие проблемы?
Арлен мысленно усмехнулся. С волчарой Мораном ему не хотелось встретиться еще больше, чем этому молодому певцу. Вервольф бросил косой взгляд на менестреля удостовериться, что тому действительно стало лучше, и ненадолго задумался, решив, что это ему лишь показалось. На кого-то этот мальчишка был страшно похож... и относилось это к тому времени, когда Ричард, еще будучи графом Арленом, спокойно и мирно жил в своем замке, на окраине столицы княжества Терра-Гранде.
Менестрель... менестрель...
Ричарду показалось, что он вспомнил это лицо, но оно никак не было связано с романтическими балладами и приятной игрой на лютне. Что же тогда?
Кантор затих на его кровати. Видимо, приготовленное хозяюшкой снадобье, наконец подействовало и парень стал засыпать.
Вервольф глубоко вздохнул и заложил руки за голову, расслабляясь и прикрывая глаза. Так думать было гораздо лучше. Уставший  и вымотанный за день, он быстро погружался в глубокий сон...

- Господин граф, карета готова, но вам лучше не ехать в город. Отложите поездку на завтра. Вся городская полиция поднята по тревоге. Ищут какого-то мальчишку. Памфлетиста. Вы верно слышали? Его прозвище Бонами...
- Милый друг? Занятное имя... Знаешь, Корни. Я не привык расписывать свой день, основываясь на происках каких-то бедолаг из народа. Эти писаки кропают свои стишки и разбрасывают их на улицах и площадях. Мне никакого дела до этого нет.
- Нет, господин граф, этот памфлетист не такой. А его послания находят в самых неожиданных местах вплоть до княжеского двора. Говорят, шум такой поднялся из-за того, что господин кардинал обнаружил памфлет, когда был у своей любовницы. Вы понимаете, господин граф? Не где-нибудь, а прямо на обеденном столе. Да и содержание у его памфлетов не абы что...
Старый слуга на минуту замялся и Арлен вопросительно посмотрел на него.
- Господин граф... Если вы хотите прочесть... у меня есть один...
- Кооорни... ведь это противозаконно, - Ричард насмешливо посмотрел на старика, но через секунду протянул руку, - Давай! Посмотрим, что там за Милый Друг...)
Арлен пробежал глазами помятый листок, а потом громко, во весь голос, расхохотался и спрятал листок в карман.
- Поистине, этот мальчишка пойдет далеко. Если конечно его не повесят. Я еду, Корни. И с удовольствием присоединюсь к полицейской охоте. Мне бы не помешал в свите такой стихотворец.

Арлен глубоко вздохнул и... проснулся.
Тот разговор со слугой он помнил так, словно это было минуту назад. А затем вспомнилось и все остальное...
Он ехал в карете по небольшой улочке, когда где-то в далеке послышался лай собак. А затем карету сильно шатнуло. Арлен выглянул в окно и, тут же, приоткрыв слегка дверцу, за шкирку втащил в карету худющего, перепачканного в грязи парня, почти мальчишку и толкнул на сиденье напротив.
- Так это тебя ловят по всем дворам? - заинтересованно спросил он, с ухмылкой глядя парню в глаза. Там стоял такой абсолютный страх, что у Ричарда зачесались клыки, - Не бойся. Я не ем маленьких невинных детей. Мы проедем несколько кварталов, минуем пропускные ворота, выедем за городскую стену и там я тебя отпущу...
Так он тогда и сделал. Мальчишка, кажется, что-то ему сказал, а затем быстрее ветра полетел по дороге, удаляясь от города, и Арлен еще какое-то время смотрел ему вслед.

89

Волк еще что-то говорил, а Кантор уже проваливался в сон. Сон был тревожный, сумбурный и беспокойный. Снова был тот безобразно-солнечный день,  день, когда убили его мать. И ночь... свет солнца и свет месяца...
Мне снится сон, ужасный сон -
Мой приговор произнесен,
И у позорного столба
Меня поставила судьба.
И град камней летит в меня,
Толпа ревет: - "Огня! Огня!"
А я с поникшей головой
Стою над бешеной толпой.

Я не одета и боса,
Расплетена моя коса
И кровь струится из плеча,
Вот-вот сгорю я, как свеча.
За что казните вы меня?
Но все кричат: - "Огня! Огня!"
О, кто придумал клевету,
Что дал мне дьявол красоту?!

А красота - она вредна,
И в нашей жизни не нужна,
Молись, трясись, живи, как вор,
И всех красивых - на костер!

Ведь красота нас вдаль зовет,
И будоражит и поет.
С ней хлеб - не хлеб,
И мед - не мед,
Он что-то дегтем отдает.
И словно где-то, как весна,
Цветет счастливая страна,
И словно дышется легко,
Но не уехать далеко!

Тогда зачем мечты беречь?
Не лучше ль просто ведьму сжечь,
Чтоб не болела голова,
И все нам просто трын-трава.

Ну что стоите, дурачье?
Бросайте факелы в нее,
В хлеву живите, как скоты,
Зато с сознаньем правоты
Огонь по телу моему,
Я задыхаюсь, вся в дыму.
Толпа орет со всех сторон.....
Как не похож мой сон на сон!
*
Эти слова, казалось звучали из каждого переулка, из каждого дома.  Переливы лютни и детский яркий голос неслись по всей Альтерре. Это было именно здесь. Здесь юный Кантор узнал что такое трагедия и что такое боль. Он познал ненависть. На казнь отец не позволил пойти Кантору, и хорошо, что не позволил, мальчишка натворил бы тогда глупостей. А так... всего лишь песня. Эту песню вскоре пели все. Бродячая труппа ушла накануне того дня, когда на Площади Правосудия запылал костер, на котором сожгли трех женщин. Поэтому, к бродячим музыкантам не могли придраться. Их лично выставил за ворота Легат Моран. Всех. Они и ушли, но на ночью юный ле Кансо сбежал. Он вернулся в Альтерру, и лютня плакала вместе с мальчиком. Звезды светили ярко и ярко горел месяц, а на площади, на которой еще ветер не унес запахи плакала лютня, аккомпанируя ясному и звонкому мальчишескому голосу. Он пел. И под его песню жителям Альтерры снились сну. Они сами горели на этой площади и просыпались со слезами на глазах. Ночь ушла, а музыка осталась. И остались слова. И слезы.
В тот день родился Бонами. Кантор не умер, он остался, он оплакал свою мать и остальных сожженных женщин и растворился в утреннем тумане, но теперь молодой человек сочинял не только светлую, радующую слух музыку. Появились жесткие, хлесткие короткие четверостишия, положенную за запоминающуюся музыку.
Мальчик во сне вырос, а город был тот же...
.   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .   .
В порядке медленном почетных караулов
Вояки ехали, сверкая сбруей мулов,
Солдат старейший нес за взводом трубачей
Изображения на стяге палачей: Три Лорда знатных
все красивы ликом, но так уродливы
в своей душе...
**
Кантор время от времени бормотал, вспоминая некоторые из своих стихов или песен, а потом снова падал куда-то в зыбучие пески своего бреда.
К утру, тем не менее, юноша, к его удивлению, вполне пришел в себя и чувствовал отлично. Умывшись он стер воспоминания о кошмарных снах, пробудивших неприятные воспоминания. Вот только... Ему показалось или он, и правда, что-то пел во сне? Или это просто собственные страхи?

______
* Откуда-то из интеренета
** Агриппа д’Обинье... с вольностями

Отредактировано Кантор ле Кансо (Суббота, 4 июня, 2016г. 17:04)

90

Как и было обещано прекрасной трактирщицей, завтрак им обоим принесли в комнату одним из первых. Арлен был голоден, как зверь, и, расправляясь со своей порцией, с плохо скрытым любопытством наблюдал за Кантором. Тот на удивление быстро для смертного шел на поправку.
- Как твоя рана, не беспокоит? - закончив завтрак, осведомился вервольф и принялся копаться в своем дорожном мешке, - Знаешь, я собираюсь пройтись по городу, посмотреть, что к чему. Если желаешь, пошли со мной. Даже если боль уже и прошла, ты еще слишком слаб, чтобы бродить один. Да и, как ни говори, веселее вдвоем...
Достав из мешка чистую рубаху, оборотень переоделся и накинул сверху свой видавший виды дорожный плащ, удачно скрывавший короткий нож-меч, снова превращаясь в паломника.
- Говорят, у Рыночного моста сегодня инквизиторы собираются сжигать ведьм. Я собираюсь отправиться туда посмотреть. А после заглянуть и в Собор, помолиться за загубленные души несчастных женщин.
Ричард с сомнением оглядел менестреля. Будь он лекарем, а не паломником, он бы запретил ему выходить. Может мальчишка телом и крепок, но все же эти смертные так хрупки...

91

- Как твоя рана, не беспокоит? Знаешь, я собираюсь пройтись по городу, посмотреть, что к чему. Если желаешь, пошли со мной. Даже если боль уже и прошла, ты еще слишком слаб, чтобы бродить один. Да и, как ни говори, веселее вдвоем...
Для раненного у Кантора был отличный аппетит, он ел едва ли не наравне с оборотнем, хотя и все же не смог угнаться.
Запивая сытный завтрак горячим травяным узваром, юноша как раз строил планы на день, когда волк заговорил о своих. Поначалу Кантор одобрительно кивал, счастливо улыбаясь. Боль была не сильной, и когда это такая мелочь была поводом чтоб не пройтись по городу? А в такой компании прогулка становилась приятной.
- Да, ты прав, вдвоем веселее. - Кантор широко улыбался, предвкушая приятный день, но тут вмиг улыбка слетела и лица, и выражение стало ожесточенным. Поводом стали поведанные Ричардом его маршрут предполагаемой прогулки.
- Говорят, у Рыночного моста сегодня инквизиторы собираются сжигать ведьм. Я собираюсь отправиться туда посмотреть. А после заглянуть и в Собор, помолиться за загубленные души несчастных женщин.
Последние слова ле Кансо не услышал, он вскочил с места, стул отлетел к стене.
- Иди куда хочешь, но без меня! Вали! Наслаждайся! - Юноша, был готов с голыми руками броситься на оборотня, словно это не Инквизиция, а он сам собирался тащить женщин на костер. Кантор схватил свои вещи и рванул к выходу. - Спасибо за помощь.
Бросил он на ходу с такими интонациями, словно это было не благодарность, а проклятие.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Дамоклов меч » Таверна "Веселая Лютня"