Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - ICQ 709382677 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Дамоклов меч » Клеймор


Клеймор

Сообщений 1 страница 20 из 69

1

http://sa.uploads.ru/13U68.jpg

2

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

3

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Лилит (Понедельник, 2 мая, 2016г. 14:59)

4

Франсин казалось, что она умерла. Она даже не помнила, как оказалась в своем закутке, в дальнем конце кухне, за маленькой дверцей. Пришла ли она сама или кто-то привел ее сюда? Кажется, она помнила рядом с собой какие-то голоса.
Кто-то помог подняться ей со стола и отвел сюда?
Шума никто не поднимал. В кухне, за стенкой стояла гробовая тишина, только слышно было, как шаркают ножи, гремят сковородки да чугунки на плите. Все тихо разошлись по своим местам, тем более, что работу никто не отменял, а если праздничный ужин не будет готов в срок, тогда уже вся кухня наполнится звоном кнута и криками боли.
Ради такого случая сеньор Хейли расстарается сам..
Франсин передернулась, вспомнив лицо оборотня, склоняющегося над ней.
Про деньги, брошенные сэром рыцарем на кухонный стол, она не вспомнила, да и вряд ли увидела их.
Умирая от ужаса и стыда, она лежала без движения на своем топчане, трясясь в лихорадке и зябко кутаясь в обрывки платья, заляпанного кровью.
Внутри все болело так, как будто ее насквозь пронзили ножом.
Худые ручки потянули на себя одеяло из теплого меха, которым она пользовалась обычно только зимой. Франсин подтянула колени к груди, свернувшись в компактный комок  и, тоненько заскулив, растирая по щекам хлынувшие наконец слезы, закуталась в меховой плед с головой.

5

Быстро, не поднимая головы и привычно уже старательно не обращая внимания на взгляды охранников, провожающих слишком красивую рабыню, легко проскользнула по коридорам, спускаясь в кухню. Облегченно выдохнула, огляделась, взглядом отыскивая уже приготовленный, обычно, поднос с завтраком самого Лорда. Вопросов не возникло – слухи расползались по замку незаметно, бесшумно, но мгновенно, и все, кому полагалось, уже знали, что именно Лилит сегодня выпала обязанность порадовать собой взгляд Батори… прямо с утра. На кухне царила обычная деловая суета, все работали четко отлаженным механизмом, несколько секунд стояла молча, вдыхая ароматы специй  - и сырого мяса. Крови – и нежных десертов. Вспоминая свое такое далекое и такое недостижимое больше прошлое… от которого стоило продолжать держаться подальше. Поежилась, нахмурилась, подхватила поднос, с трудом обнимая его обеими руками, балансируя, со всей возможной аккуратностью, когда вдруг остановилась почти у самой двери. Странные звуки, напоминающие не плачь даже – вой раненого небольшого зверька, доносились из –за неприметной дверцы. Даже не задумавшись о том, что сделает ей ее Хозяин за опоздание, быстро опустила поднос на ближайший стол и нерешительно потянула ручку, подалась, вошла. И замерла, не веря своим глазам, которые повидали уже слишком многое на не слишком длинном веку. Перед ней лежала девушка… девочка, ребенок, испытавшая на себе насилие, которое, судя по количеству крови и общему состоянию малышки, с трудом вынесла бы и взрослая женщина. Потеряв голос, молча стояла, в шоке рассматривая девочку, пытаясь понять, как кому-то в голову могло прийти сотворить такое?!
- Господи, ты…
Быстро подошла, осторожно опустилась на колени, прямо на не слишком чистый пол, коснулась всегда холодными пальцами лба девочки, легко добираясь до ее личика прямо сквозь плед, не спеша раскрывать ее, это было бы слишком жестоко сейчас.
- Ты вся горишь… кто это сделал с тобой?! Что за ... зверь?!

6

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

7

- Тише, тише…
В обычно негромком и всегда уступчивом голосе танцовщицы проскользнули повелительные, твердые нотки. Пальцы осторожно поглаживали горячий лобик девочки, буквально заставляя успокоиться.
- Сама. Конечно, мне так сразу же и показалось – сама.
Глубоко вздохнула, осторожно прижала ладонью щечку, мокрую от слез, борясь со жгучим вдруг желанием пойти и лично убить ту тварь, которая могла сделать такое.
В замке полно рабынь, господи, разных, на все вкусы, как, ну как можно было накинуться на … нее?!
- Ах, господин Хейли…
Даже не обернувшись, чтобы не выдать своего состояния сейчас, снова глубоко вдохнула, усилием воли загоняя обратно слезы горячего сочувствия. Девочке меньше всего нужно было сейчас видеть еще чьи-то рыдания рядом, ей действительно нужен был лекарь. Так же не отрывая ладони от личика, протянула свободную руку, молча попросив взглядом повара поднести бокал. Пальцы стиснули горячую кружку, не чувствуя обжигающего тепла.
- Ну, давай, попробуем выпить немного, да? Попробуй, милая, это тебе поможет, слышишь?
Осторожно приподняла голову девочки, буквально влила в искусанные губки напиток, заставляя сделать пару глотков, снова прикрыла ее одеялом. Нежно погладила по волосам, осторожно убирая с личика, поднялась резко, не глядя на повара, только в пол.
- Мы действительно не можем ничего… но я знаю, кто может все. Потерпи, милая, врач… скоро будет…
Шепот повара, его последние слова еще стояли перед ее глазами, когда быстро, едва не позабыв про поднос с завтраком, в последний момент прихватив его, почти бегом проскользнула по лестнице вверх, по коридорам, только у двери Батори замедлив бег, остановившись, заставив себя отдышаться, принять соответствующий своему положению вид, постучать, войти, поклониться, поставить поднос и, наконец, поднять глаза на своего Хозяина.
- Доброе утро, мой Господин.
А для этой девочки? А для нее?!
Тщательно скрываемые эмоции заставили губы дрогнуть, снова опустить глаза.
- Извините, что заставила вас ожидать завтрака на несколько минут дольше обычного, но... но...
Осеклась, подбирая слова, выбирая те, которые убедили бы Батори в правильности и нужности ее просьбы.

8

Лилит запаздывала и запаздывала прилично. Настроение у вампира было прекрасное и он не собирался портить его ни себе, ни кому-то еще.
Анджей не стал посылать за ней иначе за подобную задержку пришлось бы девушку наказать. Пользуясь свободным временем, вампир просматривал отчет по городу, что прислал ему Моран, и делал небольшие пометки на полях длинного свитка. Позже надо будет показать его Хьюго.
- Доброе утро, мой Господин.
Похоже, его красавица запыхалась...
- Ты опоздала.
Батори отложил в стол бумагу и поднял на нее слегка насмешливые глаза. Изучающе посмотрел на вошедшую, еще помня, как ночью ласкал это совершенное тело.
Что-то в ее лице заставило его задуматься и отставить только что взятый бокал вина. Похоже, его Лилит была слегка не в себе. Но вряд ли на нее так подействовало то, что произошло между ними этой ночью, ведь это было не в первый раз.
- Извините, что заставила вас ожидать завтрака на несколько минут дольше обычного, но... но...
Батори прищурился и убрал улыбку с лица. Теперь уже точно что-то было не так. Поднявшись из-за стола вампир приблизился к ней и теперь стоял рядом, возвышаясь над девушкой и смотря сверху вниз.
- Посмори на меня, Ли...
Батори поднял руку и коснулся ее лица, чуть приподняв подбородок и заставляя смотреть в глаза. Губы девушки дрогнули, словно она боялась что-то сказать.
- Я уже понял, что ты задержалась не просто так. Но ведь этому есть причина? Ты не хочешь ее назвать?
Большой палец легким движением прошелся по нежной щеке и погладил краешек губ.

9

Как всегда при его приближении замерла, затаив дыхание. Близость Батори всегда заставляла сжиматься, хотя как раз он был добр к ней, по-своему – но милостив. Медленно, неохотно подчинилась, поднимая глаза, встречаясь с его взглядом, перевела дыхание, как будто только что вынырнула из огромной, засасывающей глубины, помолчала еще секунду.
- Я бы ни за что не позволила себе задержаться, зная, что меня ожидаете вы, Господин. Но…
Еще ровно секунда молчания.
- Вы знаете, что я никогда не позволяла себе ни словом, ни жестом жаловаться вам на любые порядки, на хотя бы кого-то из ваших людей, на любые действия, какими бы грубыми и жестокими они не были. Но на кухне сейчас умирает девочка, Франсин. Совсем еще ребенок. Изнасилованная серьезно, возможно, с повреждением внутренних органов, я не могу судить.
Слегка побледнела, только этим позволив себе высказать не только факты, а и собственное отношение к увиденному. Сглотнула, снова опуская глаза, однако не пытаясь даже высвободить подбородок из его пальцев. Она принадлежала ему. Она знала, что является всего лишь вещью для высокородного вампира, любимой игрушкой. Одной из. Однако кто сказал, что у игрушки не может быть … эмоций и личного отношения к зверству вокруг?!
- Виновный не был наказан, да никто и не ожидает наказания для самого господина Хейли.
Нотки горячей, обжигающей ненависти скользнули, исчезли. Она не имела права ненавидеть кого-то по сути своей, вещи не ненавидят. Однако скрыть их до конца так и не удалось.
- Могу я попросить вас, Господин? Всего раз, умоляю. Прикажите сейчас оказать срочную помощь девочке и… и не трогать ее, хотя бы какое-то время, никому из ваших людей.  Всего одной вещи прошу, никогда больше не осмелюсь на это.
Вспыхнула от собственной смелости, закусив губу, быстро поднимая на него уговаривающий, умоляющий взгляд, никогда не решившись бы на подобное для себя – но не в силах оставить девочку умирать дальше под своим одеялом, в полном боли одиночестве.

10

- Я бы ни за что не позволила себе задержаться, зная, что меня ожидаете вы, Господин. Но…
Батори промолчал. Это было правдой. Несмотря на тот огонь, что горел у нее внутри, Лилит всегда была исполнительна и послушна. Правда, Батори относил это на счет жестокости тех, к кому Лилит попала раньше него. Ему было хорошо известно, какие методы воспитания использует Уго...
- Вы знаете, что я никогда не позволяла себе ни словом, ни жестом жаловаться вам на любые порядки, на хотя бы кого-то из ваших людей, на любые действия, какими бы грубыми и жестокими они не были. Но на кухне сейчас умирает девочка, Франсин. Совсем еще ребенок. Изнасилованная серьезно, возможно, с повреждением внутренних органов, я не могу судить.
Вампир нахмурился, но продолжал молчать, никак пока не выражая своего отношения к тому, что услышал. Батори размышлял, следя за тем, как эмоции девушки побеждают страх.
Кто бы то ни был тот, кто тронул Франсин, он допустил оплошность, использовав смертную девушку так, как мог использовать любую из рабынь в замке. Люди принадлежат не их клану и любое происшествие, повлекшее за собой смерть, может спровоцировать новый толчок волнений в народе, что сейчас могло доставить много лишних проблем.
- Виновный не был наказан, да никто и не ожидает наказания для самого господина Хейли.
- Для господина Хейли? В самом деле? - вампир пристально и с легкой насмешкой посмотрел ей в лицо, пожалуй, впервые за время беседы, проявляя какие-то эмоции к ее словам.
А мне показалось, что ты как раз ждешь этого, моя прелесть...)
- Могу я попросить вас, Господин? Всего раз, умоляю. Прикажите сейчас оказать срочную помощь девочке и… и не трогать ее, хотя бы какое-то время, никому из ваших людей.  Всего одной вещи прошу, никогда больше не осмелюсь на это.
- Что ж... хорошо. Но я хочу, чтобы любые разговоры по поводу этого происшествия в замке утихли. Ты не будешь ни с кем обсуждать то, что произошло, и говорить об этом с другими рабами. Со слугами я побеседую сам...
Батори вернулся к столу и позвонил в маленький колокольчик. Дверь распахнулась и на пороге показался один из стражников, охранявших покои лорда.
- Разыщите моего лекаря, Коннор, и проводите его к Франсин. Как только он окажет ей первую помощь, я жду его доклад о состоянии ее здоровья. Ступайте.
Стражник, поклонившись, ушел. Батори повернулся к девушке и некоторое время смотрел в лицо.
- Ну вот... Я выполнил твою просьбу... А вот что касается тебя, Лилит, я пока не решил. Ты понимаешь, что не имела права вступать на защиту служанки и обвинять господина Хейли? Девочка пострадала, правда. Но не думаю, что все так критично, как ты говоришь, а мой рыцарь имел на нее права. Так же, как и на тебя... Ты совершила проступок, обвинив господина Хейли, и понесешь наказание.
Батори сузил глаза, легким прикосновением сдвинул тонкую ткань полупрозрачного платья с ее плеча и медленно обвел пальцем клеймо. Понизив голос, сказал:
- Вот только я еще не решил, наказать тебя самому или приказать выпороть во дворе...
Потом убрал руку и, улыбаясь, вернулся к столу.
- Думаю, самое время поесть, пока с требованиями не явился еще кто-нибудь из рабов... Налей мне вина и останься здесь. Скоро прибудет доктор.

11

Насмешка, четко уловимая в словах вампира, заставила резко вскинуться, и тут же снова опустить глаза, принимаясь пристально рассматривать дорогой в своей простоте ковер под ногами. Ей показалось, или он действительно прочитал ее мысли? Это было уже не единожды… и это заставляло ежиться, сжиматься в комок внутри, в душе, понимая, к кому она попала и как вести себя дальше, так, чтобы не вызвать гнев Батори – только не его гнев.
- Конечно, Господин, как пожелаете. Я никому ничего и не хотела говорить, разве это чем-то помогло бы девочке?
Тихо мотнула головой, продолжая смотреть в ковер, глянув на своего Хозяина раз, второй, третий, быстро, не встречаясь глазами. Она чувствовала, что рискует навлечь на себя его гнев, она боялась. Однако впервые поняла, о какой ответственности говорил ее отец еще тогда, в детстве, пытаясь внушить девочке, что иногда иначе поступить просто не получается, особенно, если ты понимаешь, что в твоих руках власть над судьбой другого существа. Пусть мгновенная, номинальная.
- Спасибо вам, Господин.
Еще тише прошелестела слова благодарности. Звон колокольчика заставил вздрогнуть, однако приказ, отданный Батори – расслабиться и ощутить небывалый прилив облегчения, чего давно не ощущала уже.
Франсин поправится. Все будет с ней хорошо, все, я могу быть спокойной за нее. Хотя бы сейчас.
- Да, конечно, мой Господин. Я не имела права встревать в личные дела господина Хейли и…
Замолчала, кусая губу, прожигая ковер взглядом, который не должен был заметить Батори.
- Но я и не посмела бы обвинить его или преувеличить что-то перед вами. Я просто передала вам информацию, ту, которую услышала сама. А что касается девочки – если ваш лекарь подтвердит мои слова, хотя бы в этом я могу считать себя оправданной перед вами?
Слова о неотвратимости наказания заставили напрячься, сжаться нервно, дрогнула от прикосновения к плечу, тут же виновато замерла – как она могла шарахаться от Его прикосновений?!
- Конечно, я понесу любое…
Побледнела, услышав о прилюдной порке. Сглотнула, тут же начиная краснеть, подобные наказания были самыми мучительными, и не из-за боли, боль она научилась выносить давно, еще в процессе воспитания у пирата. Открыла рот, собираясь упасть на колени и умолять выпороть ее лично… и молча направилась к столу, безмолвно наполняя его бокал вином. Она обещала, что попросит всего одну вещь. Это была бы уже вторая просьба…

Отредактировано Лилит (Четверг, 5 мая, 2016г. 15:08)

12

- Но я и не посмела бы обвинить его или преувеличить что-то перед вами. Я просто передала вам информацию, ту, которую услышала сама. А что касается девочки – если ваш лекарь подтвердит мои слова, хотя бы в этом я могу считать себя оправданной перед вами?
Девушка отдернулась, вернее попыталась отдернуться, когда он прикоснулся к ее плечу. Батори усмехнулся и сел за стол, ожидая свое вино и наблюдая, как двигается танцовщица. Гибкая, изящная, даже совершая простые действия, она выглядела так, словно танцует.
- Если лекарь подтвердит твои слова, это будет означать лишь то, что ты мне не солгала и не разносишь по замку сплетни, которые так любит пересказывать друг другу прислуга.
Он подождал, пока она наполнит его бокал и удержал ее за руку подле себя, не давая вновь отойти.
- Дело не в том, что ты в чем-то виновата передо мной. Но существуют определенные правила, которые не следует нарушать. В замке есть охрана, которая должна была заняться этой проблемой, но это совсем не дело рабов. Разве в той стране, где ты раньше жила, лорды и их дворяне не имеют права использовать своих слуг и рабов так, как они захотят?
Руку ее вампир не отпустил, следя за тем, какие эмоции пробегают по красивому, слегка напряженному лицу невольницы, внезапно подумав о том, что он совсем не знает ее. Что за те полгода, что Лилит живет у него, он даже не удосужился поинтересоваться, как и чем она дышит здесь, зато о ее прошлом имел представление пожалуй лучше, чем она сама. Но вот об этом как раз никто не должен был знать...
Но разговор был прерван, потому что в дверь постучали и на пороге появился вернувшийся из кухни с докладом личный лекарь лорда. После нескольких расшаркиваний и поклонов, он подошел к столу и, окинув искоса девушку неодобрительным вглядом, сообщил Батори, что он оказал девушке первую помощь и готов поручиться за ее полное выздоровление.
- Она перенесла сильный шок, но это обычное дело для столь юной девицы в таких обстоятельствах... Я бы порекомендовал ей пару дней полного покоя. Малышка потеряла довольно много крови и ей лучше пока полежать. Я велел давать ей с каждым приемом пищи немного вина и еще кое-какие успокоительные отвары, а остальное сделает время. Большее не в моих силах.
Батори выпустил наконец руку девушки и кивнул.
- Благодарю вас, господин лекарь. Уверен, с ней теперь будет все хорошо.
Лекарь ушел, а Батори с легкой насмешкой взглянул на Лилит.
- Ну вот, моя прелесть, ты видишь, опасность девушке не грозит. И теперь...
Он сделал небольшую паузу и, не спуская с нее глаз, отпил немного вина.
- Теперь мы снова можем вернуться к тебе...

13

- Конечно, мой Господин.
Продолжая машинально прислуживать Батори у стола, стараясь как можно меньше мешать ему своим присутствием, девушка мысленно качнула головой. Она никогда не увлекалась сплетнями. Скорее, совсем наоборот, старалась держаться от шумно бурлящей разбирательствами, насилием и похотью жизни рабов замка… немного в стороне. Никого не чуждаясь, ни с кем не сближаясь, молча выполняя свои обязанности, старательно не демонстрируя неприязни ни к единому прикосновению.  Однако принадлежа только Батори, не просто телом – душой своей, о чем не спешила ему сообщать. И не собиралась, осознавая, насколько гибельным может стать подобное отношение просто рабыни. С другой стороны, она никогда не была просто рабыней, до конца… Вампир перехватил запястье, заставляя приостановиться. Замерла рядом с ним, осторожно поставила кувшин с вином на стол. Он мог потребовать сейчас чего угодно, и было бы совсем негоже облить его  его же дорогим напитком. Хотя иногда и хотелось!
- Да, мой Господин. В моей стране… все происходит именно так. Это моя вина, я готова нести наказание.
Прозвучало необычно равнодушно, как будто на пару секунд она испарилась, оказываясь где-то не здесь. Где-то, очень далеко, вне зоны его досягаемости. В своей стране.
- У рабов в моей стране существует одно единственное право – на жизнь.
Улыбнулась краешком губ, возвращаясь к разговору, возвращаясь к нему, не делая ни малейшей попытки высвободить руку.
- И господа, в моей стране, ценят это право, не позволяя другим… господам делать их вещи непригодными к их личному применению. Вы же не позволите никому разбить сейчас этот кувшин с вашим любимым вином только потому, что кто-то МОЖЕТ это сделать? Может, именно поэтому я забылась на секунду, позволив себе позаботиться об одной из ваших вещей, о вашей собственности.
Замолчала, понимая, что позволила себе снова лишнего. Снова разрешила себе говорить… слишком свободно. И слишком много. Осторожно перехватила кувшин, доливая ему вина, машинально оправив край скатерти. Все должно было быть идеально у него. Лекарь вошел, отчитался, вышел. Молча рассматривала руку Батори на своей руке, слушая внимательно, ничем не показывая ни капли заинтересованности больше.
- Да, я вам очень благодарна, Господин. Ко мне?
В голосе мелькнула растерянность, быстро подняла на него глаза, вопросительно напряженно глядя, пытаясь угадать, что он имеет в виду?
- Вы… желаете наказать меня прямо… сейчас?! Здесь?

14

- И господа, в моей стране, ценят это право, не позволяя другим… господам делать их вещи непригодными к их личному применению. Вы же не позволите никому разбить сейчас этот кувшин с вашим любимым вином только потому, что кто-то МОЖЕТ это сделать? Может, именно поэтому я забылась на секунду, позволив себе позаботиться об одной из ваших вещей, о вашей собственности.
Батори выслушал и кивнул.
- Ну что ж. И по-своему они безусловно правы. Но есть еще кое-что. Те, кто мне служит верой и правдой, получают от меня разные блага. Титулы, золото, земли... и некоторые маленькие приятные дополнения наподобие ночи с одной из моих служанок или рабынь...
Батори положил руку на бедро девушки, смотря ей в глаза.
- Господин Хейли - один из моих самых верных слуг, Лилит. А эта девочка всего лишь служанка. Живи она в другом доме, ей проходу бы не давали, а здесь ее берегут. Насколько я знаю, это случилось с ней в первый раз.
Батори неторопливо провел ладонью по бедру танцовщицы, наслаждаясь прикосновением к стройному телу под тонкой одеждой. Ему нравилось, как она реагирует на него. Нравилась видимая покорность и это справедливое возмущение в темных глазах. А то, что она негодует сейчас можно было не сомневаться, и это лишь сильней разжигало вампира.
- Вы… желаете наказать меня прямо… сейчас?! Здесь?
- Стоило бы сделать это прямо сейчас. Тем более, что занявшись проблемами этой девочки, ты так и не выполнила мой приказ. Ты забыла восстановиться после ночи, а между тем я просил это сделать и хотел получить к завтраку твою кровь. За это тебя тоже стоило бы наказать. Ты ведь забыла даже поесть, не так ли?
Бледность молодой вампирессы бросалась в глаза. Анджей знал, что этому виной не только утренние волнения, но он сам и выпитая им ночью кровь, но это не извиняло ее.
- Защищая одну мою собственность, ты совсем забыла о собственности другой. А между тем она требует не меньших забот. Принеси чистую тарелку, бокал и сядь за стол, - он кивнул на поднос, - Здесь хватит на всех. Что же касается твоего наказания...
Он откинулся на спинку высокого стула, наблюдая за ней и ожидая, пока девушка выполнит его приказ.
- Наказывать тебя буду не я...

15

Рука Хозяина собственнически легла на бедро, и как всегда приятно, томно заныло внизу живота, приятное тепло поползло уже от одного прикосновения. Так было всегда – и так было только с ним. Прикосновения любых других Лилит просто терпеливо выносила, старательно реагируя должным образом, глубоко благодарная вампиру, что все эти ненужные прикосновения он устраивает ей… не слишком часто. Видимо, решив для себя поберечь дорогую игрушку для личного пользования.
- Конечно, преданность должна быть вознаграждена, мой Господин. И я бы согласилась с вами еще раз, если бы у вас была всего одна рабыня – невинная еще девочка, смертная, убить которую слишком легко – если бы у вас не был полный замок рабынь и рабов на любой вкус. Тогда конечно, при минимальном выборе …
Снова спохватилась, прикусила язык, с досадой на себя поймав на мысли, что снова спорит, а если и не спорит, то осмеливается заходить слишком далеко в высказывании мыслей, совершенно не свойственных рабыне! Тщательно скрываемое происхождение, навыки, манеры – все это иногда проскальзывало само собой. И только мысль, что Батори совершенно не догадывается ни о чем, успокаивала и примиряла с собственным положением. И она могла собраться и продолжать дальше, продолжать быть послушной, тихой, безответной. По крайней мере, при нем.
- Я отдаю должное господину Хейли… как мужественному воину и отличному вашему слуге.
Помедлив, все же подняла глаза, встретилась с ним взглядом, смущенно краснея, не отрываясь от его лица, глаз больше, пытаясь изо всех сил сдержаться и не податься к его руке самой, прижимаясь. Она была послушная и покладиста. И она явно специально не упомянула достижений господина Хейли как МУЖЧИНЫ, таким легким, незаметным штрихом тут же опустив его с небес на землю.
- Конечно, она всего лишь служанка. И единственное, в чем ей не повезло…
Это то, что первый раз у нее был именно с вашим верным слугой! С вашим зверем, сорвавшимся с цепи!
- Я? Я не… то есть.
Сбилась, побледнела еще сильнее, глубоко вдохнула, замолчала, молча кивнув. Она действительно забыла поесть, это напрочь вылетело из головы. А когда из головы рабыни начинают вылетать приказы, ни к чему хорошему это не приводит. Вспомнив уроки пирата, побледнела еще сильнее и скользнула за тарелкой, бокалом, безмолвно опускаясь на край стула напротив него, не дожидаясь повторного приказа наполняя бокал до половины.
- Не вы? Кому вы поручите это?!
Пальцы на кубке дрогнули, сжались, быстро поднесла бокал к губам, сделала пару глотков, зубы звякнули о край бокала,  поставила на стол, осторожно стирая неаккуратную струйку вина, смотревшуюся экзотично струящейся бордовой кровью по краю губ.
- Кто, мой Господин?
Тревожно глянула на него, умоляя сообщить сейчас, заранее, чтобы она успела подготовиться к худшему.

16

- Конечно, преданность должна быть вознаграждена, мой Господин. И я бы согласилась с вами еще раз, если бы у вас была всего одна рабыня – невинная еще девочка, смертная, убить которую слишком легко – если бы у вас не был полный замок рабынь и рабов на любой вкус. Тогда конечно, при минимальном выборе …
- Хватит! - резко оборвал ее лорд. Он даже повысил голос, что случалось достаточно редко.
- Я отдаю должное господину Хейли… как мужественному воину и отличному вашему слуге.
- А кто позволил рабыне оценивать достоинства господина Хейли, скажи на милость?
Голос вампира снова зазвучал мягко, а взгляд стал чуть насмешливым и испытующе наблюдал за Лилит, которая быстро менялась в лице, сначала залившись краской, а затем побледнев.
- Конечно, она всего лишь служанка. И единственное, в чем ей не повезло…
- Единственное, в чем ей не повезло, это то, что происшествие повлекло за собой шум. Теперь об этом в замке судачат за каждым углом, а болтливые языки уже десять раз похоронили Франсин. Завтра слухи поползут дальше и все окрестные деревни будут обсуждать, как в замке Клеймор десятками приносят девственниц в жертву.
Батори замолчал, наблюдая за танцовщицей. Девушка сильно нервничала и совсем не из-за разрастающихся слухов.
- Не вы? Кому вы поручите это?! Кто, мой Господин?
Вампир не сразу ответил. Делая вид, что раздумывает, неторопливо допил вино и бросил белоснежную салфетку на стол.
- Пожалуй, именно господина Хейли я попрошу об этой услуге.
И, дождавшись реакции девушки на свои слова, продолжил:
- Сразу после завтрака мы перейдем во внутренний двор. Мой секретарь предупредит Говарда и созовет туда слуг и рабов.
Надо не забыть предупредить тигра, чтобы порол не сильно.
- Жаль, но вечером тебе не придется выйти к гостям.
Вампир вызвал колокольчиком секретаря и принялся за еду...

17

Испуганно вскинулась, сжалась, услышав предупреждающе-грозные нотки в голосе Батори, такие слышала крайне редко, и никогда – от него. Снова быстро взяла бокал, не притронувшись к пище – сейчас она не могла бы проглотить ни кусочка. Тучи сгущались все сильнее и быстрее, с каждой минутой, и когда речь снова зашла о Хейли, поняла – добром этот день точно не закончится. Нет, она ни секунды не жалела, что осмелилась вступиться за девочку. И она снова и снова поступила бы точно так же, даже зная заранее, какое именно наказание он ей назначит. Плеть, конечно. Или кнут, после второго однажды пришлось сутки пролежать в кровати – Уго, рассерженный отстраненностью, мелькающей во взгляде плохо воспитываемой рабыни, вышел из себя, о чем, возможно, жалел после – отстраненности меньше не стало, хотя на послушании это никак не сказалось, с чем и закончил.
- Об этом бы все равно узнали за пределами, мой Господин. Извините, если я чем-то поспособствовала этому… всему.
Неловко замолчала, на этот раз глядя в стол, в собственную нетронутую тарелку, явно не видя ни единого момента из того, что было в ней. Ее меньше всего заботили слухи, точнее, заботили ровно настолько, насколько это могло повредить самому Батори. А разве с высоты его величия ему не было уже откровенно плевать на общественное мнение? Все мысли сейчас были о неотвратимом, страшном в неизвестности своей наказании…
- Господина… Хейли???
Вскинула на него испуганные, отчаянные глаза, неверя ушам своим. Он действительно собирался отдать ее на растерзание этому… зверю?! После того, что тот сотворил с девочкой?
- Прошу вас! Умоляю, только не он!
На минуту забывшись, вскочила, кинулась на колени перед ним, изо всех сил стиснула руки, глядя на него с отчаянием, неприкрытым. Даже тот момент, что порка будет происходить в присутствии рабов и слуг, прекрасно знающих, за что именно она получит, смущал и пугал меньше, чем личность экзекутора.
- Прошу вас! Кто угодно, только не…
С силой закусила губу, заставляя себя замолчать, не усугублять положения еще больше. Пытаясь убедить себя, что это будет всего раз, всего вечер пытки – и вытерпеть будет вполне в ее возможности. Продолжая молчать, не спешила подниматься с колен, обреченно слушая колокольчик, понимая, что Батори уже думает совсем о другом. И сейчас прикажет ей покинуть помещение. Готовиться.

18

Салерна сидел за своим огромным столом, за котором иногда мог и потеряться, а стол... стол вещь многофункциональная, крепкая и надежная, сейчас был завален бумагами, которые Франсуа раскладывал как пасьянс. Звякнул колокольчик, и молодой вампир тут же подхватился. Зачем его зовут? Тогда, когда у него там рабыня и завтрак? С момента как заговор молодых бунтарей подавили и Гонзага оказался в тюрьме, Франсуа не мог спокойно спать. Нет, поначалу он очень обрадовался, что его обидчик наконец не сможет ничего ему сделать и теперь сам познает на своей шкуре что такое быть у кого-то в полной власти! Но потом пришел страх. А что если тот решит и самого Салерну утянуть за собой? Обвинит в чем-то, оболжет, и... поверят не ему, выходцу из незнатного и небогатого рода, замеченного в пристрастии к азартным играм и пойманного уже на предательстве своего хозяина, а Гонзаге. Тот все же знатен, богат, за ним шли вампиры и не только вампиры поддерживали эту троицу авантюристов. Если они сговорятся и решат утопить решившего предать и их Салерну? Франсуа раз за разом убеждал себя, что он всего-лишь один из множества тех, кого эти бунтари использовали в своих целях, что не стоит упорствовать в грехе гордыни, думая что он что-то значит, чтоб против него строили козни, но убеждений хватало на пять минут, а потом снова просыпался страх.
Вот и сейчас, вампир понимал, что в обществе рабыни Лорду Батори было не до секретаря и не до его каких-то делишек, но... страх сковал юношу и он не сразу смог подняться, а поднявшись колебался прежде чем подойти к двери. Он сначала жадно выпил стакан воды, а потом пришлось спохватиться и вернуться за папкой с грифелем, ведь секретаря зовут обычно чтоб составить какие-то бумаги или передать что-то.
- Милорд. - Франсуа поклонился, закрывая за собой дверь. Ему удалось если не справиться со страхом, то загнать его подальше и почти ничего не выдавало тех эмоций, что испытывал секретарь Лорда. Молодой вампир замер в ожидании распоряжений, лишь мельком скользнув по комнате. Девушка-танцовщица стояла на коленях перед Лордом и было видно, что она напугана. И ее страх помог самому Франсуа успокоиться. Значит, точно, не в нем дело, а что-то натворила эта дуреха. - Чем я могу Вам быть полезен, Лорд Батори?
С почтительным достоинством поинтересовался вампир, теперь он был спокоен. До следующей волны паники.

Отредактировано Франсуа Салерна (Вторник, 10 мая, 2016г. 16:29)

19

- Господина… Хейли??? Прошу вас! Умоляю, только не он!
Батори изучающе посмотрел на взметнувшуюся Лилит. Вот дьявол ее побери... Вот такая, мечущаяся и испуганная она вызывала еще более сильное желание, чем обычно. И что он ее жалеет? Ему не нужны проблемы со своими людьми. Хейли в замке боялись и Батори это устраивало. Рыцарь конечно заслужил выговор, но этот выговор для него будет не первым, и не вторым, а танцовщица... ее выпорят, как он и сказал. Только почему же так отвратительно на душе?
- Прошу вас! Кто угодно, только не…
Лилит стояла перед ним на коленях и это ничуть не остудило желания, вспыхнувшего ярким огнем. Батори наклонился вперед и мягко погладил девушку по щеке, хотя хотелось содрать с нее эту, едва прикрывающую ее одежду, и грубо взять прямо здесь, на столе, как он делал это у нее в комнате ночью.
- Ты нанесла оскорбление господину Хейли. Поэтому, будет логично, если накажет тебя именно он.
- Милорд.
В комнату вошел секретарь и Батори, оставив Лилит, поднялся и кивнул Франсуа, сразу заметив следы волнения на красивом, юном лице. Мальчишка что-то опять натворил? Франсуа ему нравился, но мальчишка был по голову замешан в разного рода делах и каждый раз при взгляде на лорда, испуганно опускал глаза, словно чего-то боясь.
- Чем я могу Вам быть полезен, Лорд Батори?
Батори долгим взглядом посмотрел на Лилит...
- Тем, что отведешь эту девушку во внутренний двор, поможешь раздеться и, забрав ее одежду, поставишь к столбу. Передашь страже мой приказ созвать туда всех слуг и рабов, а затем разыщешь Говарда Хейли. Пусть немедленно спустится во внутренний двор. Я тоже туда подойду.

20

Вслед за колокольчиком появился и тот, кого вызывали. Без выражения, все с тем же слегка потерянным взглядом, глянула снизу вверх на секретаря ее Господина, даже не пытаясь проявить вежливость и улыбнуться. Сейчас ей было настолько не до улыбок, что просто забыла об этом. Перед глазами уже сейчас, заранее, стояла яркая картинка того, с каким именно удовольствием, усмешкой, с каким наслаждением ее будет бить именно тот, выбранный Батори зверь, который только что поиздевался над девочкой – а теперь еще раз продемонстрирует всем собственную безнаказанность.
- Я не наносила оскорбление никому.
Тихо, одними губами, выдохнула, пытаясь убрать из дрожащего голоса все эмоции. Она пыталась помочь. И за это сейчас будет наказана. Милосердие и справедливость ее Господина просто не поддавались никакой логике! С другой стороны, кто она такая, чтобы судить его?
Для того, чтобы кого-то оскорбить, надо хотя бы приблизиться к нему! Или  я оскорбила заранее, всего лишь тем, что попросила лекаря для его жертвы???
Обреченно выслушав приказ Батори, одновременно отданный и секретарю, и ей, поднялась тщательно отточенным уж, плавно-скользящим движением, даже не замечая, не думая, как привлекательно умеет двигаться, как одним жестом своим способна вызвать бурю страстей в любом здоровом мужчине. Лилит вообще никогда не задумывалась об этом. Может, потому что просто ее не интересовали другие мужчины, всегда оставаясь на периферии ее сознания?
- Я готова, пойдемте, господин.
Не глянув больше на Батори, тщательно пряча острый страх при одной мысли о том, что сейчас придется вынести, при всех, при всей толпе, от того, кого считала окончательно утратившим человеческий облик… поклонилась столу, адресуя поклон своему Господину и развернулась, молча исчезая за дверью, впереди секретаря, не обернувшись. Просить и умолять было бесполезно, и даже не потому, что Батори был зол или полон ненависти к ней. Нет – он просто принял решение, и ей оставалось только смириться и …постараться не сгореть от стыда.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Дамоклов меч » Клеймор