Вверх страницы

Вниз страницы

ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА

Объявление

--------
Цитадель Зла ( 21+ ) Испокон веков Сантария живет под властью демона. Здесь правят законы хищников, а у власти стоят оборотни и вампиры. В замок правителя съезжаются представители иностранных держав, различных кланов, религий и культов. Крупные финансисты и политики вершат здесь свои тайные сделки, от которых долго оправляются все биржи мира, а мирная жизнь государств рушится в один миг. Тут плетутся интриги и свершаются кровавые драмы, калечатся судьбы одних, а других судьба возносит на пьедестал. И не стоит искать справедливости, ибо это Мир Тьмы и логово его - Цитадель...   Время Менестрелей (+21) В далекой Лотиане, долгое время раздираемой клановыми войнами, опираясь на мощную армию и Инквизицию, у власти встал Триумвират - три правителя от трех кланов. И весь этот хрупкий мир однажды был нарушен таинственной смертью одного из великих лордов. Кто убийца? Куда делось тело убитого из родового склепа? Правдивы ли слухи о его воскрешении и о том, что он вернулся, чтоб отомстить? Странные и кровавые события разворачиваются одно за другим. А на поиски пропавших сокровищ мятежной Весталии брошены все силы двух государств.
9-й год на MYBB
Администрация: Дамиан - ICQ 709382677 ДВЕ ИГРЫ: Наше время, Карибские острова, тоталитарный режим, детектив, политика, люди, оборотни и вампиры. И средневековое фэнтези, войны кланов, борьба за власть. ...

Правила | Шаблон анкеты | Занятые роли | Информация о "Цитадели" | Сюжет "Цитадели" | Сюжет "Менестрелей" | Хроника "Менестрелей" | Чат

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Перед казнью


Перед казнью

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://s3.uploads.ru/kiAlv.jpg

2

Дверь в камеру отворилась. Узник сидел в темноте, потому что Кайт считал, что не нужно света тому, кто через неделю взойдет на эшафот. А тот, кто вошел, нес с собою свет. Это был факел, который он укрепил в уключине на стене и этот факел осветил его лицо. Дамиан.
В другой руке он нес большую фляжку с водой и два пакета крови. Кайт настаивал, чтобы узника не кормили до казни, но Дамиан проигнорировал этот запрет. Когда узник увидел кровь, он не выдержал и дернулся. Ему не давали есть уже целых пять дней. 
- Джеральд? Я не буду спрашивать тебя, как ты... Вижу, что не очень. Поэтому ты выпьешь воды и поешь, а потом мы поговорим.
Дамиан откинул длинный плащ, который надел для посещения этого места, сел на единственную в камере скамью и протянул Джеральду флягу и пакеты с кровью.

3

В первые дни в углу камеры текла вода и Джеральд иногда задумывался, что ему бы лучше было все же не пить. А потом вода иссякла. О причинах произошедшего ирландец не задумывался, только усмехнулся - решение пить или не пить приняли за него. И он в первый момент обрадовался. Смерть от Голода и Жажды, причем как обычных, так и вампирских была, конечно, тяжелой, но он понимал, что казнь будет куда хуже и поэтому воспринял произошедшее с облегчением.
За эти дни он свыкся с темнотой и тишиной, которую уже не разбавлял звук воды, и поэтому звук открываемой двери прогремел так что Джеральд вздрогнул и тут же зажмурился. Резкий яркий для привыкшего к темноте вампира показался нестерпимой обжигающей вспышкой.
- Джеральд? Я не буду спрашивать тебя, как ты... Вижу, что не очень. Поэтому ты выпьешь воды и поешь, а потом мы поговорим. Голос он узнал сразу и вздрогнул вторично. Его невольно затрясло, не в силах справиться с собой Джеральд убрал руки от лица, которыми невольно закрыл глаза, словно боялся что не хватит век защититься от света, и обхватил себя за плечи. Теперь он увидел Демона. Тот уже уселся на скамью с которой вскочил вампир. Демон протягивал ему кровь и что-то во фляге. Джеральд еще сильнее стиснул руки на своих плечах, дрожь усиливалась. Смотреть в лицо Дамиану он не мог и в то же время не мог отвести взгляда от пакетов с кровью. Наконец он смог отмереть и взял протянутое.
- Спасибо. - Голос прозвучал очень хрипло, а вампиру показалось, что он проглотил  битое стекло. Руки дрожали, когда он открывал пакеты и пил кровь. Жадно, выжимая пакеты до последней капли и с трудом удержался от того что бы не разорвать их и не вылизать изнутри. Удержался. Во фляге оказалась вода. Лучше бы это тоже была кровь! Мысленно воскликнул вампир. Демон занял единственное сидячее место в камере и Джеральду оставалось только стоять. Или... или рухнуть перед Дамианом на колени и молить о помиловании. Кровь придала сил и неуместного в данной ситуации желания жить. В этот конкретный момент ему хотелось жить как никогда ранее. Даже рабом. Даже рабом во владениях Харди... да где угодно, но жить. Скрипнув зубами, ирландец отступил назад и оперся спиной в стену, словно показывал самому себе неуместность таких желаний. "Спасибо" оказалось единственным произнесенным словом. За эти дни он отвык от разговоров, а ощущения когда он произнес благодарность за кровь были слишком неприятными и болезненными что бы хотелось их повторять. Да и что говорить-то? не молить же, и правда, о прощении и помиловании.

4

Это его "спасибо" оставалось единственным словом, что он произнес. Дамиан рассматривал его, пока он пил кровь.
Такой молодой и сильный вампир. Мог бы принести много пользы своему клану и Сантарии, если бы не шел против него. Наконец, вампир доел кровь и напился. А Дамиан заговорил.
- Я знаю, о чем ты думаешь, Джеральд.
Дамиан встал и прошелся по камере.
- Помнишь, когда ты пошел против меня в первый раз? Я, против своего обыкновения, простил тебя, превратив в раба. Если бы ты вел себя прилично, то мог бы через несколько лет освободиться. Но ты пошел на рецедив...
Демон остановился напротив, а потом медленно двинулся к Джеральду. Ирландец был без одежды. Единственная тряпка, которую он здесь нашел, он повязал вокруг бедер, сделав из нее набедренную повязку.
- Почему ты так стремился меня убить? Ведь это бы ничего не решило для тебя и для тех ирландцев, за кого ты пытался воевать.
И Дамиан провел рукой по обнаженной груди Джеральда.
- Ну? Так ты скажешь?

5

- Я знаю, о чем ты думаешь, Джеральд. Вампир снова вздрогнул и на щеках загорелся румянец стыда. Он не хотел что бы кто-то знал о том как он цепляется за жизнь.
- Помнишь, когда ты пошел против меня в первый раз? Я, против своего обыкновения, простил тебя, превратив в раба. Если бы ты вел себя прилично, то мог бы через несколько лет освободиться.
"Мог бы через несколько лет освободиться." Про себя повторил ирландец и почувствовал как внутри все окаменело. Мог бы освободиться? Мог бы? НЕЕЕЕЕЕЕЕТ! Мысленно закричал Джеральд и помотал головой, словно это могло выкинуть из головы страшную мысль. Мог бы освободиться? Нет! Нет! Нет! Он врет! Демонам нельзя верить. Последнюю фразу вампир повторил трижды, уговаривая себя.
Почему ты так стремился меня убить? Ведь это бы ничего не решило для тебя и для тех ирландцев, за кого ты пытался воевать.
ОФлаэрти внезапно в этих словах нашел опору, которую выбили у него из под ног предыдущие слова Дамиана.
- Ну? Так ты скажешь? Рука мужчину обжигала, так казалось ирландцу, а отстраниться от нее не было возможности, он итак уже стоял у самой стены.
- Решило бы. И не только для них. Пауль обещал что изменит здесь все. Режим рабовладения и подавления будет уничтожен и смят. Ему просто нужно было время! - Джеральд не мог отступить назад, но мог отодвинуться в сторону и он шагнул влево, отодвигаясь от руки Дамиана.

6

Казалось тихий смех Дамиана заполнил каждый сантиметр этой маленькой камеры.
- Так ты совсем не знаешь его? Не знаешь, как он обращался даже со своими собственными телохранителями? Даже в Совете, где он когда-то был, он прославился самыми кровавыми деяниями. А режим рабовладения... Ты не догадываешься, зачем он столько раз ездил ко мне в Цитадель?
В это время Джеральд увернулся от руки Дамиана.
- Куда ты? - улыбнулся демон. Джеральда мягко поймали его тени и вернули назад. Дамиан взял его за подбородок и повернул голову к себе.
- Разве ты не хочешь почувствовать тепло человеческих рук? - он провел по его груди рукой, - В последний раз? Когда-то это тебе нравилось... А может ты хочешь, что бы чьи-то губы коснулись твоей шеи?
Он повернул его голову в сторону и слегка прикусил шею Джеральда. Не до крови...
- У тебя пульс частит. Хочешь сказать, тебе это не нравится?
Раб может и бился бы, уходя от его прикосновений, но тени вздернули ему руки над головой и держали крепко. А Дамиан гладил его тело, пока не добрался до набедренной повязки, а добравшись, хладнокровно сдернул ее.

7

А режим рабовладения... Ты не догадываешься, зачем он столько раз ездил ко мне в Цитадель? Джеральд снисходительно, словно он владел одному ему ведомыми знаниями усмехнулся. Сначала он колебался, но потом вспомнил, что сам Русдорф уже тоже в руках Балора и произнес.
- С волкам жить по волчьи выть. - Эту фразу ему несколько раз повторял Пауль, а что касалось первой части "претензий", то экс-рыцарь не раз говорил, что о нем распространяют слухи и та же предательница Ингрид подтверждала, что ее Гебитер, как она говорила, воспитывал ее с детства заменил семью и она его любит и предана всем сердцем.  А теперь, когда ее благодетеля лишили всего, то тут же переметнулась к победителю и теперь на него смотрит такими же влюбленными глазами, тварь! Джеральда перекосило когда он вспомнил блондинку за спиной у Дамиана. Женщинам, как оказалось, вообще нельзя верить. Всю жизнь он буквально молился на свою Мишель, вознося молитвы Святой Бригите, воплощением которой ему всегда казалась его супруга. Да, она пострадала из-за него, но... но страдала не долго. Вновь она счастлива и блистает. Причем настолько у них все хорошо, что они с мужем вхожи в Цитадель. Джеральд помнил как впервые столкнулся с ними. Мишель была хороша как никогда, она смеялась, смех всегда красил ее строгие черты лица, но в тот раз она была настолько восхитительна, что ирландец замер и просто потерялся. Мишель скользнула по своему бывшему мужу взглядом и поморщилась, потом появился мужчина и подхватил ее под локоть. Он тоже искрился весельем и было видно, что именно он развеселил ее только что. Они оба прошли мимо ОФлаэрти как мимо пустого места и расположились в креслах у камина и мужчина даже не повернувшись к Джеальду бросил.
- Два кофе и крови. В стаканах. Поторопись. - Он обращался к рабу, который был должен обеспечить господ всем чем они пожелают. Мишель же даже не смотрела больше на того, с кем провела более полусотни лет вместе. А когда Джеральд смог отмереть и подать то, что требовалось, Мишель пододвинула свой стакан с кровью мужчине и тихо сказала: "Пей сам. Я не могу."
Джеральд почувствовал как забилось сильнее сердце, он понял что не безразличен ей, но тут же понял, что да, не безразличен, но совсем не так как он было понадеялся.
- Что такое, любимая?
- Боюсь, что, в лучшем случае, от отвращения просто не смогу сделать ни глотка, а в худшем меня просто стошнит и это будет отвратительно и испортит нам такой прекрасный вечер.

Ожидаемо ее ухажер поторопился позвать охрану потребовать заменить раба, вылить кровь, а подавшего раба наказать. И Мишель все это слышала и не попыталась одернуть своего спутника.
Так что если уж его "кроткая нежная и верная Бадб" стала предательницей, то чего ожидать от немки?
Из воспоминаний его вырвала крепкая хватка теней и голос Балора.
- Разве ты не хочешь почувствовать тепло человеческих рук? В последний раз? Когда-то это тебе нравилось... А может ты хочешь, что бы чьи-то губы коснулись твоей шеи?
- Не хочу! А если бы и хотел, то никак не твоих, проклятье этого Мира! - Джеральд снова попытался рвануться прочь.
- У тебя пульс частит. Хочешь сказать, тебе это не нравится?
Рыпаться  не давала крепкая хватка теней, а с телом происходило то же, что бывало если принять большую дозу "Голубого льда". Но сейчас его не было. Зато был сам Дамиан. Балор. Демон. И его способности, его морок, его наваждение. И ирландец застонал от отчаяния и обреченности. Даже перед смертью ему не дают остаться собой, вынуждая окунаться во все это. Он уже сейчас был противен сам себе, зная что скоро будет извиваться под жадными мужскими руками и бороться с желанием начать умолять о большем. А когда все кончится и он останется один на один со своей совестью и честью, то станет все еще хуже. И по щекам потекли слезы.

Отредактировано Джеральд O'Флаэрти (Четверг, 1 ноября, 2018г. 07:19)

8

Тени держали его прижав к стене, предоставив Демону его тело. Дамиан смотрел на него темными, как ночное небо, глазами и пленнику казалось, что они смеялись над ним. Он провел рукой от бедра по боку до груди и вместе с этим движением все горячие соки распространились по телу пленника и начали сначала приятно разжигать его плоть, а после и вовсе начали жечь, настоятельно требуя более интенсивных действий, и жажда чужой плоти превратилась в пытку.
- Ты ведь хочешь, чтобы кто-нибудь к тебе прикоснулся... в последний раз или ты ненавидишь решительно всех? - Дамиан больше не смеялся. Он несколько раз провел по его члену рукой, а затем сжал твердую плоть и почувствовал внутри него пульсацию, доходящую до края.
Морок до такой степени обуял пленника, что он мог только просить. Этот морок такой чужеродный, но вместе с тем такой близкий и сладкий, казался пленнику той ниточкой, которая вытянет его из всех бед, накроет и сбережет его ото всех, оставив лишь сладкую истому и послевкусие поцелуя.
Исчезли вдруг запахи сырого подземелья. Вокруг, как в саду, воздух налился ароматом свежести, дождем и жасмином...
Дамиан перевернул Джеральда лицом к стене, и пока его тени удерживали его, он вошел в его зад, сначала медленно, затем быстрее. Под массивной фигурой демона тело ирландца и его плоть билось о сырую каменную стену подвала. Дамиан кончил, глубоко войдя в покрытого потом дрожащего пленника. Только потом, когда он закончил, тени отпустили его.
- Это было в последний раз, Джеральд... Больше тебя не тронут.
Дамиан был по прежнему за спиной у ирландца. Он вышел, но был так близко, и Джеральду почудилось, что он не только шепчет ему в ухо, но его губы коснулись шеи ирландца и поцеловали.

9

- Ты ведь хочешь, чтобы кто-нибудь к тебе прикоснулся... в последний раз или ты ненавидишь решительно всех?
Да! Да, да, дааааааааа! Он ненавидел всех. И себя в том числе. Потому что тело откликалось на то, что с ним делал этот мерзавец. И за то, что вскоре не мог думать о том так, ему казалось, что тот, кто сейчас ласкает его, берет, проникая, казалось не только в зад, а под кожу, растворяясь в крови, что это существо самое желанное в мире и Джеральд рыдал от восхищения. Он растворился в происходящем. Больше не было камеры, не было ни насиловавшего его Демона, не было ожидающей казни, не было и самого вампира. Все пропало, было только это пронзительно острое чувство немыслимого наслаждения.
Видимо, это и есть та самая нирвана. - Отстранено подумал ирландец, не чувствуя сил даже думать о чем-то. Его не существовало, а то чего нет не может думать, оно может только плескаться на волнах наслаждения.
Это было в последний раз, Джеральд... Больше тебя не тронут.
Последний? Как может быть последним то, что не имеет ни начала ни конца? Мозг отказывался начинать работать, он просто воспринял сказанное и... отложил ку будущее. Кажется, потом было мягкое касание губ. Кажется, это называется поцелуй. Все так же лениво сообщил мозг. Джеральд почувствовал как мир постепенно теряет краски, погружаясь в темноту. Реальность возвращалась, точнее, она затягивала вампира обратно. Экстаз прошел, и на смену ему пришла боль и горечь. И вернулась ненависть, которой не было места в том прекрасном мире. А в этом только она и была. Ирландец упал на пол словно он был мешком картошки и пьяный грузчик выронил его и снова зарыдал.
Последние остатки гордости и сил были смяты пережитым удовольствием. Страх смерти и боль от осознания что он больше никогда не сможет испытать того, что только что испытал застилали даже страх ожидавшей боли.
Слезы не приносили облегчения, наоборот, становилось только хуже, пока он не истощил все моральные силы и не провалился в сон полный кошмаров и чудовищ. В этом сне он переживал раз за разом самые страшные казни и пытки, просыпался с криком и снова проваливался в сон что бы посмотреть новый кошмар.

10

Пока Джеральд приходил в себя, демон привел себя в порядок и теперь ждал, прислонившись к стене. Стена позади него, ранее скользкая и сырая, внезапно стала сухой и очистилась, как будто по ней прошлись тряпицей.
- Посмотри на меня... - демон сказал это, чтобы Джеральд обратил на него внимание, хотя ирландец и так смотрел на него, - Завтра состоится твоя казнь. До самой казни к тебе никто не придет, ни родственники, ни охрана. Твои родственники не хотят тебя видеть. Они считают, что ты их подставил. А охране я запретил тебя навещать. В этом ты, конечно, будешь мне благодарен. У тебя есть последнее желание?
Дамиан замолчал и долго смотрел на него. Молодой, красивый... Тебе бы жить да жить... Но в тебе живет ненависть. Она не выпускает тебя.
Джеральд молчал, а потом и вовсе опустил голову
- Не хочешь со мной говорить? Ну да ладно... Я понял тебя.
Демон улыбнулся. Он прочел мысли ирландца. Тот ничего не желал для себя, зато много чего пожелал Дамиану и среди прочего приведение, бродящее день и ночь, и мешающее спать.
- Прощай. Вернее, до завтра.
Звякнула металлом дверь, закрываясь. Несколько раз повернулся ключ в замке, рассеялись шаги в коридоре. До завтра - сказал Дамиан. До завтра никто не придет и не потревожит бренную душу Джералда. На скамейке, где раздевался демон, чтобы утолить свою плоть, остались его часы. И эти часы сейчас отсчитывали последние часы жизни одного забытого всеми ирландца.


Вы здесь » ЦИТАДЕЛЬ ЗЛА » Vade retro, Satanas! » Перед казнью